Книга Тень железной руки, страница 126 – Илья Карпов

— Нет! Я не могу умолять на коленях, — прошипел Грмнук и кивнул на стоящих позади гоблинов, — они перестанут меня уважать. Но если бы мог, то непременно так бы и сделал. Пощади меня! Не рушь всё то, что я так долго строил. Я оступился, признаю. Связался не с тем этельдиаром, совсем не с тем! Мне было плевать на его планы, я лишь хотел помочь народу гоблинов стать чем-то большим. Чтобы когда-нибудь в будущем этельдиар и гоблин могли встретиться на равных и создать нечто прекрасное.

За спиной Драма раздались сдавленные смешки.

— Понимаю, вам сейчас непросто в это поверить, но я делаю всё возможное. Учу их возделывать грибные поля, чтобы не приходилось красть у вас скот. Обучаю языку… Шлыг! Помнишь Шлыга? Недавно он попытался писать стихи на языке этельдиар!

— Должно быть, занятно вышло, — усмехнулся Драм. — Хорошо. Я не убью тебя. По крайней мере, сейчас. Но ты виноват передо мной, моей сестрой и всем нашим домом.

— И готов искупить эту вину!

— Не сомневаюсь. Для начала, как я уже говорил, ты вернёшь всё оружие, что Верессар передал тебе. А после мы подумаем, как ты можешь нам пригодиться. Хочешь приблизить гоблинов к этельдиар? Сотрудничай с теми, кто не ведёт свой народ к гибели.

— Спасибо тебе, Драм! — Грмнук расплылся в широкой улыбке. — Уверяю, ты не пожалеешь…

— Надеюсь на это, — сказал эльф, после чего резко приблизился к уху гоблина и прошептал: — А задумаешь разочаровать меня… Помни, я знаю, где ты живёшь.

Грмнук нервно усмехнулся и судорожно сглотнул.

— Можно хоть оружие забрать? — тихо спросил он. — Вон то, что вы принесли?

Драм кивнул, и вождь тут же приобрёл то надменное выражение лица, с которым пришёл сюда. Горделиво вскинув нос, он обернулся к гоблинам, щёлкнул пальцами и указал на носилки. Спустя минуту они уже скрылись из виду.

— Думаешь, это правильно, — спросила Элона на обратном пути. — Этот мелкий засранец работал на Верессара.

— Ему не повезло, что Верессар оказался единственным, кто пошёл ему навстречу.

— И теперь это решил сделать ты. По-твоему, Грмнук действительно сумеет вернуть оружие?

— Понятия не имею, — пожал плечами Драм. — Но в обоих случаях мы останемся в выигрыше. Если он попытается отнять клинки силой и потерпит неудачу, то настроит гоблинов против себя. Племена перегрызутся, Грмнука убьют, и всё станет по-старому. Однако если ему удастся решить дело миром, он докажет, что способен вести их за собой. И, быть может, когда-нибудь презренный народ и в самом деле перестанет быть презренным.

— А если он соберёт коротышек под своим началом? Объединит племена против нас?

— Век гоблинов короток. Грмнук проживёт ровно столько, чтобы заложить в головы соплеменников те идеи, которые пойдут нам на пользу. И если направить их в нужное русло, быть может, в будущем Подземье станет не настолько опасным и гиблым местом. К тому же у меня есть мысли, чем ещё этот изворотливый червь может быть нам полезен…

Элона на мгновение задумалась, и её губы сложились в лёгкую улыбку.

— Надо же, — усмехнулась она. — Мой бестолковый брат становится мудрым.

* * *

Весть о предстоящем поединке, божьем суде, взбудоражила умы обитателей Чёрного замка и высокородных господ из числа горожан. Состоятельные торговцы, главы ремесленных гильдий и владельцы красных домов с изумлением обсуждали небывалое прежде событие и лишь немногие, самые начитанные из них, могли припомнить, что такое уже случалось прежде. При короле Эйермунде Эркенвальде, который ещё будучи живым получил полуироничное прозвище «Святой».