Книга Песнь войны, страница 143 – Илья Карпов

Перекрёсток, по сути, и был большим постоялым двором. Здесь, ненадолго задержавшись и подкрепив силы, Маркус с Тиберием и подсели к торговому обозу, следовавшему до Энгатара. Хозяин обоза, смешливый торговец тканями по имени Гельмут Штольц, сетовал, что из-за мятежа Русвортов и эльфийской армии на юге ему не удаётся удовлетворить стремительно выросший спрос на одежду.

— По мне, так король, только между нами, — говорил он. — Редкостный болван. Приспичило ж ему прибить собственную жену аккурат во время войны! Теперь мало остроухих на юге, так ещё эти солёные рожи с Миррдаэна совсем продыху не дают. Мой знакомый из Хельмара целый корабль потерял. Представляете! Говорит, русвортовские псы разграбили. Пришлось ему денег занять. Но он человек цепкий, всё вернёт сторицей. А ещё рассказывал, что с пару месяцев назад одно судно из Вальморы в шторм вышло, да так и пропало. Капитан там был сумасбродный с каким-то мудрёным неральским именем. Никто не выжил. Ни команда, ни те бедняги, кому случилось с ним плыть, да упокоит море их души. Вот и прибавилось призраков в Закатном море…

Услышав это, Маркус и Тиберий переглянулись и не сдержали улыбок, хоть маг и с грустью вспомнил капитана де Болье. Торговец посчитал, что они ему не поверили, и остаток пути ехал молча. Высадив их за воротами, он сухо попрощался и отправился по своим делам.

— Этот город напоминает мне Аэций, — сказал аэтиец, шагая по въездной улице. — Та же суета, те же люди, разве что одеты потеплее. Наверное, все столичные города похожи друг на друга в какой-то мере.

— Возможно и так, — ответил Маркус. — Нечасто бываю в столицах. Я и в Энгатаре-то всего лишь третий раз. Сравнивать не с чем.

— Признаться, я посещал подобные города проездом по пути сюда. Из Аэция в Сатели, потом Эхлаан. Сначала думал морем из Вегеции отправиться, но потом подумал, что лучше посмотреть на людей и чужие земли, чем днями напролёт вглядываться в водную гладь. Надеюсь, мне удастся вернуться назад, не попав в заточение снова, — Тиберий грустно улыбнулся. — А вам никогда не хотелось путешествовать, Маркус?

— Честно говоря, хотелось всегда, — признался маг, — но жизнь в Академии порой напоминает густую кашу. В ней вязнешь с головой, забываешь о мечтах и желаниях. Хотя, если подумать, то дело даже не в месте, а в самом человеке, в его природе.

— Человеческая природа… Неисчерпаемый источник для философов и теологов. И что же вы имеете в виду?

— Человек, едва приехавший в новое место, готов покинуть его без колебаний. Так было и со мной, когда я впервые ступил на почву острова Морант, вдохнул запахи Вальморского порта… В то время для меня, юнца, привезённого на Закатный остров, даже тамошние портовые запахи рыбы и матросского пота отдавали магией. Я увлечённо учился, был готов отправиться хоть на край света, если потребуется. Но этого не требовалось. А потом, как и любой человек, пробывший где-то достаточно долго, я пустил корни. Когда меня впервые за долгое время отправили на большую землю, я даже удивился своему нежеланию покидать обжитое место. А потом, что парадоксально, чем больше раз мне приходилось уезжать из Вальморы, тем меньше мне этого хотелось. Эти «корни», в отличие от настоящих, с каждым разом становились всё крепче, тянули меня обратно и вовсе не желали рваться. Дошло до того, что, когда меня назначили деканом, я с большой неохотой переезжал в деканскую комнату, что в западном крыле Академии.