Книга Искры на ветру, страница 77 – Илья Карпов

— Из тех, с кем мне приходилось работать — эти лучше прочих, — согласился Гант. — Видите ли, услуги «Терновых клинков» высоко ценятся, а потому не всегда удаётся их нанять, не говоря уже о том, чтобы нас сопровождал сам капитан Айден. Смею предположить, в этот раз удача на моей стороне, к тому же я приобрёл столь любопытных попутчиков. Вы, Тиберий, помнится, говорили о школе?..

К вечеру обоз добрался до постоялого двора, где восторженный Гант уничтожил целое блюдо варёных раков со сладкой горчицей, с удовольствием запив всё это пятью пинтами пшеничного пива под изумлённые взгляды Маркуса и Тиберия, которые ограничились парой мисок похлёбки. В те нечастые минуты, когда торговец переводил дух и отвлекался от еды, он сочувственно смотрел на попутчиков, и снисходительно приговаривал, что аппетит к ним ещё придёт.

Следующая неделя в сознании Маркуса слилась в один бесконечно тянущийся и совершенно невыносимый пир. С тяжестью в животе он засыпал, она же сопровождала его сразу после пробуждения, но страшнее было то, что однажды поутру маг заметил, как туника стала жать ему в поясе. «Мало мне седины, не хватает только растолстеть!» — с ужасом подумал он и зарёкся с этих пор объедаться, даже по большой просьбе торговца, который, похоже, видел какую-то особый знак расположения в том, чтобы откармливать гостей на убой.

Действительно, Брюммер Гант с удивительной нежностью советовал «попробовать вот это, а ещё вот это, а если вы пропустите вот эту штуку, то, уверяю, не сможете простить себе до конца жизни!» Невероятное разнообразие кушаний объединяло только то, что они так или иначе были сладкими. Медовые соусы, ягодная глазурь, подслащенное тесто и молодое вино, сохранившее виноградную сладость — один запах всего этого уже к концу первой недели вызывал у Маркуса тошноту, и он ограничивался лишь парой кусочков.

Тиберию, впрочем, поездка давалась куда как легче. Рассказчик нашёл своего слушателя, а уж рассказать Тиберию было о чём. Но, в конце концов, и этот источник иссяк, а Брюммер Гант оказался ненасытен не только по части еды, поэтому тут же принялся за Маркуса, который сначала стушевался, но потом с удовольствием отметил, что когда торговец увлечён историей, то не настаивает, чтобы собеседник попробовал «ещё кусочек».

Так очередным вечером они добрались до очередной таверны. Как печально сказал Гант, на этом участке пути «приличных заведений» не сыскать, так что будем довольствоваться тем, что есть, к тому же в этой таверне ему уже останавливаться доводилось. Выбирать не приходилось: если в полдень стоял штиль, то теперь, после заката, промозглый западный ветер, проникавший через окна экипажа, заставлял Маркуса ёжиться. Качающаяся под фонарём вывеска в форме раскидистого дуба, выкрашенная белой краской, во всяком случае обещала тёплый ночлег и горячий ужин. Оставалось надеяться только, что здесь подают что-нибудь не слишком сладкое. Маркус был готов хлебать пересоленный суп и ужаренное до состояния подошвы мясо, только бы там не было ни капли чёртового мёда или ягод.

Черноусый хозяин таверны встретил Ганта радушной улыбкой. По счастью, заведение пустовало, так что место, как он заверил, найдётся всем. Вечер коротали за беседой у очага, где Маркус с удовольствием грел руки, а Тиберий с не меньшей радостью играл с наёмниками в карты.