Книга Мир Дроу. Правящий Дом Миззрим, страница 91 – Денис Камков

— Я помогу тебе, раз такова Воля нашей богини, но не думай, что наш откровенный разговор выйдет за пределы этого шатра и в одночасье все остальные старшие жрицы изменят к тебе свое осторожное отношение.

— Мои слова были лишь для твоих ушей, Ал’лак, а остальных я просто сломаю, если этого потребуется для наилучшего выполнения Воли нашей богини. – Зародившийся в глубинах ее глаз огонь Силы, на миг вспыхнул ярким пламенем, затмив собой даже яркий свет магического шара.

— Ты сильна и в тебе чувствуется мощь самой Л’лос, – едва сумев остановить естественный инстинкт отшатнуться, проговорила немного посеревшая лицом, но оставшаяся стоять на своем месте Ал’лак. – Да и твои действия и Слова, пока не сильно отличаются от моего собственного виденья нашего Похода. Кое-что, признаться, я даже почерпнула для себя, особенно твою тщательную подготовку из цепи резидентов, контролирующих состояние войск и гарнизонов людей в городах, мимо которых мы идем. Признаю тебя Главой Похода уже лично, даже если ты после этого подумаешь, что до сего дня я это делала лишь для вида. Воля моей верховной жрицы – такой же закон для всех жителей Дома, как и Слово самой Л’лос. Но как я уже говорила, теперь я буду и морально поддерживать и помогать тебе уместным советом, как и подобает лояльным союзным Домам, вместе ведущим своих воинов к цели, обозначенной нашей общей, для всех истинных дроу, верховной богиней.

Впервые искренне, а не согласно букве церемонии поклонившись, Ал’лак по-военному четко развернулась и гордо прошествовала прочь из шатра, не забыв плотно прикрыть за собой дверную полу. Оставшись одна, Анл’луриин только после этого с облегчением выдохнула, сбросив напряжение после, оказавшегося менее трудным, чем ожидалось, но не позволявшим ей расслабиться до самого конца, важного разговора. Погасив магический шар, она разделась и, раскатав свернутую валиком в углу шатра свою спартанскую, походную постель, с чистой душой улеглась, наконец, спать.

Ближе к утру дождь закончился, оставив после себя капель с обтекающих ветвей промокших, как и сами дроу, деревьев. Воины быстро свернули лагерь, вышли из-под душа, льющегося на их головы с крон, и продолжили свое движение, выбирая места по суше, для своего быстрого продвижения. Близкая дорога заставляла рейнджеров все время сновать взад и вперед, корректируя направление головы колонны, отклоняя ее то вправо, то влево. Их задачей было найти подходящий просвет в череде повозок, тянувшихся между городами, связанных этим трактом.

Вчерашний отчет, который Анл’луриин получила от жрицы Миззрим ответственной за разведку, в том числе содержал и количество жертв их Похода, за четыре прошедших от выхода из Пещеры дня. Рейнджеры, прочесывая маршрут перед колонной дроу, вынуждены были устранять всех возможных свидетелей, находящихся в поле зрения впереди, слева и справа от спешащего к своей цели сводного воинства. На вчерашний вечер, количество устраненных потенциальных свидетелей было уже с два десятка и это с учетом того, что лишь последний день они шли по территории королевства, а до этого передвигались лишь по пустынным и практически не заселенным, ничейным территориям.

С каждым новым днем эта цифра будет стремительно расти, особенно по мере их углубления во все более густо обжитые людьми земли. Анл’луриин хоть это и понимала, но ее этот факт не особенно беспокоил. С детства воспитанная в весьма жестоком, а временами и кровавом мире матриархата, где высшим шиком считалось победить в схватке, но при этом не выказать никаких эмоций, даже чуть дрогнувшим мускулом век, она естественно не переживала за пару десятков пастухов и фермеров. Это было их проблемой, что они не вовремя и на свою беду, оказались на пути или невдалеке от неуклонно передвигающейся к своей цели, пары тысяч вооруженных до зубов воинов дроу.