Книга Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал, страница 99 – Денис Камков, Александр Камков

Решение не было новым, но исполнение было на высочайшем уровне равновесия, и мост был прост и красив своей аутентичностью. Сейчас опоры тоже остались, но время сделало своё дело, а река, подмывая берега, потихоньку опрокидывала их. Безжизненно поникшие ванты свисали с опор, немытыми прядями волос. В сильный ветер они пели поминальный гимн былому величию времен Благоденствия и нежно касались друг друга.

Ещё на этой стороне я увидел мощный блокпост Парковых и в очередной раз оценил тактический гений полковника. Блокпост был сделан прямо в опоре моста и без тяжёлого вооружения был совершенно непреступен со стороны реки. Я же планировал переправляться южнее, во внутренней дельте реки. Гравибайк, хоть и был крутым и мощным, но длинные водные преграды преодолевать не умел. Течение же реки было быстрым, и эта преграда была хорошей границей от наползавшей с запада заразы пустошников.

В дельте, я сумел перепрыгнуть все водные рукава в режиме форсажа, хоть это и доставило мне немало хлопот и переживаний. Плавать, то я не умел. Не нужен был мне этот навык в катакомбах Кроссборна. А в экзо, я бы и вовсе утоп, как топор. Но, слава Восьмерым, обошлось.

К концу дня мне удалось без приключений достичь курортных окраин Южной бухты. Я избегал всех мест, где, по словам Новы, были удобные зоны для поселений и гнёзд пустошников. Но издалека я их не видел. Хорошо, что Нова уже многое знала от этих гибридах людей и ящериц. И увиденное, и осознанное мной не станет шоком.

Пустошники переняли лучшее от обоих видов. От людей – зачатки ума, хитрость, воинственность, жестокость и умение обманывать. От инопланетных ящериц – прекрасно развитые органы чувств, естественную броню, высокую реакцию, всеядность, плодовитость, мутагенность, а главное естественную покорность доминанту вида.

Как и все ящерицы – пустошники были теплолюбивы и северные земли их не интересовали, там им все время хотелось спать и не хотелось размножаться. По количеству и расположению гнёзд было понятно, что все их помыслы по расселению, направлены на восток, но там были река и люди. Пока эти преграды были непреодолимы.

Саутбэй при катаклизме, постигла беда не менее страшная, чем бомбардировка, её то как раз в этих местах не случилось. А вот единственный, из пяти подбитых кораблей пришельцев, упал недалеко от побережья, и цунами от него захлестнуло и уничтожило город. Конечно, вода потом отошла, но разрушения были таковы, что жить там стало невозможно, ну и радиация, конечно, то же загнала остатки человечества под землю или в иные укрытия.

Логика мне подсказывала, что действовать надо ночью, когда холоднее, но что-то меня в этом всем напрягало. Проанализировав своё состояние, я понял, что мне страшно. Страшно – не справиться. Страшно – быть сожранным и возможно даже живьем. Страшным было и взаимодействовать с этими чужими созданиями.

Нова притушила выброс моих гормонов и стало полегче. Я же заставил войти себя в состояние боевой концентрации и, дождавшись ночи, отправился в город. Гравицикл и яйцо, со своим будущим другом, я оставил в подвале какой-то ранее шикарной, а теперь разрушенной виллы. Пробираясь к цели, в тенях домов и развалин, я выглядел и чувствовал себя глупее некуда. Нова заставила меня всего обмазаться глиной и сейчас это хоть и не сильно, но сковывало меня. Сковывало психологически, я не любил быть грязным, а сейчас лицо и руки так и требовали очистки. "Третий глаз" ящериц прекрасно работал как тепловизор, и мне приходилось мучить себя этой маскировкой.