Книга Древо Миров братьев Камковых. Том 3. Великий Ритуал, страница 41 – Денис Камков, Александр Камков

Вечер я планировал провести в местном трактире, поужинать и снять комнату с лоханью для помывки. Планам моим, как оказалось, суждено было сбыться лишь отчасти. Поужинать я успел. И только я собирался подняться к себе, как с улицы раздался шум и громкие голоса, кто-то кричал пожар, кто-то обвал, а кто-то кричал – война. Сбежав по ступеням, я опрометью выскочил из таверны "Старый дверг" и побежал к тому месту, где ещё днём разговаривал с двергским парнем, недавно потерявшим отца.

Пока не собралось слишком много зевак, я успел разобраться что к чему. Мой новый безымянный приятель квадратной наружности в коричневом балахоне не терял времени и как-то сумел предупредить своих соплеменников, находящийся снаружи копей о скорой опасности и это спасло почти всех. Несколько утыканных небольшими стрелами Гоблинсов трупов, остальные Дверги принесли на своих плечах. Было и несколько раненых. Все, и раненые, и мёртвые лежали сейчас на каменном полу центрального коридора, немым укором безалаберности местной стражи.

— Я сотник королевской гвардии Стэн, вашу мать! – Заорал я во всю свою глотку. – Занять позиции, закрыть входной портал. К оружию, ленивые задницы!

Отдышавшись и немного восстановив, практически ушедшую в ноль манну, я поднялся на ноги, и вновь взобрался по лестнице на верхний этаж. Коготь, все так же распластавшись, лежал бесформенной кучей у подножия своего жалкого трона, который представлял собой, грубо сколоченный из подгнившего бруса и старых досок, высокий и широкий стул, с массивными ножками и кривой спинкой. В этой, сколоченной из нетёсаных досок спинке, поднимавшейся над сидением на два с лишним метра, зияли две обугленные дыры, оставшиеся от моего Огненного взора.

За троном, почти у самой стены, стоял древний каменный постамент, в виде высокого пюпитра в рост человека, с круглым отверстием правильной формы, прямо посреди широкой мраморной столешницы. Изделие было выполнено искусным мастером, сумевшим так совместить прожилки черного мрамора, что они создали некий замысловатый узор, сходившийся своими завитками к самому центру столешницы. Как я догадался, в отверстии, по размеру лишь немного уступавшему шару, который сейчас я держал в руке, он и находился долгие века, пока его не нашел и не достал оттуда Коготь. Я очень сильно сомневался, что Поглотитель душ, как его именовал главарь болотников, ранее служил именно тем целям, что использовал в своей неуемной жажде власти, этот злобный старик.

Я внимательно обошел постамент, рассматривая руны, а также письмена на неизвестном мне языке, что были выбиты на боковых поверхностях пюпитра. Из рун, практически не изменившихся в своем начертании за века, мне стало понятно, что шар, скорее всего, служил неким концентратором энергии, соединявшем в себе потоки, расходящиеся от него, или наоборот сходящиеся к нему, через пюпитр, монолитно вмонтированный в пол и далее по всей зале, стенам и этажам Черной башни.

Под моими ногами, в стороны от постамента, разбегались толстые жилы, сделанные из агатового – черного материала, который был словно вплавлен, или очень искусно вставлен в камни пола. Далее, они частично расползались на стены, а частично уходили вверх и вниз, сбегая по боковинам лестничного пролета, чтобы там снова распространиться по следующему каменному перекрытию. Я поднялся наверх, на крышу башни, протиснувшись через узкий лаз, сверху прикрытый плотной деревянной крышкой из дерева, не потерявшего своей структуры и прочности, за долгие столетия непогоды и вечной сырости этих мест.