Книга Секретарша для миллиардеров, страница 15 – Адалин Черно, Tommy Glub

Я работала, чтобы теперь унизительно стоять перед теми, кто оставил меня одну. Они ушли, потому что решили, что наигрались, а я осталась с их ребенком, вынужденная выживать в этом непростом мире.

— Я люблю баловать детей, — выдавливаю, и понимаю, как нелепо это звучит. — Это… слабость. И, к тому же, она моя крестница. И мы с ее мамой сложились. Она отдала мне деньги наличкой, а я оплатила картой. Потратить двадцать-двадцать пять тысяч при моей зарплате на крестницу, это разве преступление?

Секунда тянется вечностью. Они молчат. Только взглядами за меня цепляются, будто проверяют на прочность.

Саша откидывается на спинку, скрещивает руки. То ли верит, то ли нет, но явно не хочет отпускать просто так.

— Либо у вас слишком щедрое сердце, либо вы врете.

Щедрое. Очень щедрое. Когда-то давно я на блюдечке преподнесла его вам. Поверила, как дурочка в сказку. Но это ведь совсем другая история, верно? Та, где Золушке не везет и ее туфельку так и не находят.

Я чувствую, как по позвоночнику пробегает холод. Если они продолжат копать — найдут Настю. Я не могу этого допустить.

— Я не вру, — произношу твердо, но голос все равно дрожит. — Могу позвонить подруге, она подтвердит.

Они переглядываются. Я честно в какой-то момент начинаю думать о том, что они попросят позвонить подруге. А у меня… нет, подруги есть, но кому бы я не позвонила, они не подтвердят, потому что покупка была совершена мной лично. Моей дочери. Я чувствую себя, как загнанный в клетку зверек, который и выбраться не может, и оставаться ему нельзя.

Дима уже открывает рот, чтобы что-то сказать, но тут дверь кабинета распахивается. Влетает Надя — раскрасневшаяся, запыхавшаяся.

— Извините, что прерываю! — она почти кричит, не замечая напряжения в воздухе. — Но только что пришел запрос из налоговой! Срочный! Нужно немедленно ответить, иначе будут штрафы.

Мужчины одновременно поворачиваются к ней. Я впервые за весь день благодарю судьбу за эту девчонку. Она пришла, как никогда вовремя.

— Принеси сюда, — резко говорит Дима, но этого времени хватает, чтобы они перенаправили свое внимание на другую проблему и оставили меня в покое. Потому что когда Надя уходит, Саша блокирует планшет и говорит:

— Ладно. Оставим пока это все. У нас есть дела поважнее, но к вам… — он указывает на меня. — Мы еще вернемся. Позже.

— Мне нечего скрывать, — повторяю так же уверенно.

На второй раз ложь дается куда легче, потому что да, скрывать мне есть что, но не по работе. Здесь все чисто, а ничего из личного их не касается. Какая разница, куда я трачу свою зарплату? Если бы и на любовника… им-то что?

Я чуть-чуть выдыхаю. Надя возвращается с бумагами, они их пересматривают, а я тихонько выхожу за дверь.

И уже там выдыхаю, расслабляюсь, сажусь за свой рабочий стол. Я знаю, что они отпустили меня не на все время. Знаю, что смогу полностью расслабиться и почувствовать себя в безопасности только тогда, когда уволюсь. Сейчас — нельзя. Нужно держаться.

Одно я знаю точно: вопрос с «детским миром» повис в воздухе. Но он вернется. Они обязательно спросят снова. Или найдут что-то еще.

Надя выходит из их кабинета слегка бледная, прижимает бумаги к себе и торопится уйти. Жду, что меня вызовут сразу за ней, но этого не происходит. Они довольно долго не выходят. Я сижу, как на иголках. Вот ведь правду говорят, что ожидание хуже самого наказания.