Книга Серая шейка. Непридуманная смерть, страница 38 – Груша Ерофеева

Жила с широко закрытыми глазами.

Открой я их. Осмелься посмотреть на себя и наш брак. И что бы я увидела? То, что видели все вокруг. Все кроме меня. Он тогда выбрал не меня. Он выбрал себя. От сына отказался ради себя. От первой любви отказался тоже ради себя.

В первом браке ему приходилось завоёвывать, заслуживать, прощать и подстраиваться.

Во втором браке всё это стало моим. Это я заслуживала, завоёвывала, прощала, стелилась ковриком.

Он брал. Царствовал. Позволял мне любить себя, превозносить, восхищаться.

Говорят, девушка выбирает себе мужа, повторяя образ отца. А мне было важно, что Кирилл совсем не походил на моего отца. Просто антипод. Папа самодур и психопат. Кирилл сдержанный. Папа не вникал в быт и заботы о семье. "Будет день, будет и пища, — любил он повторять. Эту пищу каждый божий день обеспечивали семье другие. Кирилл не отгораживался от насущных забот. Не быт, конечно. Но я и не ждала.

Он был совсем не похож на моего папу. И этим привлекал меня.

Когда я перестала уважать своего мужа? Это происходило постепенно. Раз за разом вытравливало во мне чувство. В глубокую яму моих обид скатывались те гнилы яблочки. Одно за другим. Яма переполнялась. И я выкапывала её поглубже.

Бывало, туда падало уже не гнилое яблочко, а вагон за раз.

Это случилось летом. Родители только что переехали. Мы купили маленькую дачку. И возвращались после летнего дня в город. Кирилл за рулём. Уверенный. Как глава семьи, самый старший мужчина, опора и лидер. Он так себя воспринимал. И все мы, мама, сестра и я само собой, всячески подыгрывали, поддерживали его в этой уверенности.

Почему я оказалась за заднем сидении за водителем? Обычно сидела на переднем пассажирском.

При повороте налево Кирилл чуть не задавил двух бомжеватых парней. Должен бы притормозить и пропустить. Скорость была маленькая. Но Кирилл их все равно боднул передком. Намеренно. И только после этого остановился. Парни метнулись к открытому окну водительской двери. Один из них вытащил пистолет и наставил дуло в висок мужу:

— Гони зелёные, баран!

В машине все замерли. Понятно же, секунда — и мозги Кирилла разлетятся по салону.

Парни заводились еще больше. Глаза у обоих белые, бессмысленные. Явно угашенные.

Еще это слово "зеленые"....

— Кому говорю, гони зеленые... Или стреляю...

Да кто сейчас расплачивается долларами? — промелькнуло у меня в голове спокойно, словно буквы по бегущей строке. — Они, похоже, вышли только из тюрьмы. Замашки братков из 90-ых годов и пистолет оттуда же... Реально отмороженные.

Кирилл молчал. Сидел, окаменев. Смотрел вперёд на дорогу.

Парней трясло всё сильнее.

В машине сын, мама, сестра. И первую пулю получит Кирилл.

Того, с пистолетом, трясло все сильнее. Он мог нажать курок в любую секунду. Надо его отвлечь, сбить...

— Стреляй в меня! — выкрикнула я и вылезла вперёд, протиснулась между Кириллом и окном водительской двери, закрывая его собой. Да, слабоумие и отвага, они у меня всегда рядом. Особенно вот в такие моменты реальной опасности.

Вперилась глазами в дикие бессмысленные зенки бандита.

Тот с усилием перевёл взгляд на меня.

— Стреляй в меня, — уже почти спокойно повторила.

Парень моргнул. Что-то изменилось в его лице. Растерялся? Он не знал как реагировать. Сколько мы смотрели друг на друга? Секунду? Минуту? Второй очухался раньше всех. Схватил своего товарища и потащил его от машины. Мне бы молчать. Но я какого-то чёрта выскочила и машины и прокричала: