Книга Отец моей подруги, страница 55 – Асия Кравец

Мое сердце колотится, в голове роятся мысли, от которых не избавиться. Что делать? Кому пожаловаться? Кто поверит в бред, что за мной следит такой серьезный человек и не дает мне покоя? Начинает казаться, что весь мир перевернулся, и я одна в этом сумасшедшем круговороте.

Все выходные насмарку. Я думала эти дни помогут мне прийти в себя и почти так и вышло, но снова появился он, выбивая почву у меня из-под ног.

Тщательно выстроенная стена, отделяющая меня от Карима, рухнула после этого звонка. Я ходила по комнате туда-сюда и слушала, как телефон, лежащий на тумбочке, вибрирует, оповещая о входящих сообщениях.

Вечерело. За окном сгущались сумерки.

Внезапно, тишину нарушил стук. Стучали точно не соседи. Этот стук был тяжелый, уверенный. Отдавался в ушах эхом. Я застыла, прислушиваясь. Мне не за чем было спрашивать кто. Я знала, кто.

Глубоко внутри, под грудной клеткой, зарождалось это острое чувство. Ощущение его присутствия. Его темная, давящая энергетика пропитывала все вокруг. Казалось, она просачивается через тонкую дверь.

Это Карим. Только он стучит так, словно перед ним не может быть закрытых дверей. Властно и дерзко.

Понимая, что он не уйдет, что он будет стоять там до тех пор, пока я не открою, я подошла к двери. Рука нехотя потянулась к ручке. Я знала, что он не отстанет. Он приехал. Он здесь. Он желает меня видеть.

Вдохнув поглубже, я повернула замок.

Едва отворила дверь и сделала шаг вперед, впечаталась в его твердую грудь. Он сделал резкий шаг навстречу, за чем и последовало наше столкновение.

Инстинктивно отшатнулась, но он не дал мне отстраниться. Его ладони обхватили мое лицо. Он склонился, и его губы накрыли мои. Поцелуй был сильный, собственнический. Он прижимал меня к себе, не давая ни малейшего шанса увернуться.

Не знаю, что чувствовала в этот момент. Слабость? Растерянность? Желание, чтобы все прекратилось и он ушел? Не знаю, что из этого. Но одно я ощутила совершенно отчетливо. Желание ответить на его поцелуй. Поцелуй предателя.

— Не. Трогай. Меня, - прошептала я, пытаясь увернуться.

Он отпустил меня, но не ушел, а, наоборот, сделал шаг вперед, заталкивая вглубь комнаты. Карим закрыл за собой дверь. Щелчок замка прозвучал как приговор. Он подошел ближе, а я заметила, как полыхают его глаза. В них обещание испепелить, сжечь, оставив лишь пепел.

— Я скучал, малыш. Все время о тебе думаю. Все мысли о тебе одной. Я знаю, ты обижена. Знаю, что причинил тебе боль. Я собирался оставить тебя, забыть... Но так и не смог. Не могу без тебя.

— И что ты предлагаешь? Быть твоей любовницей? Предавать твою семью вместе с тобой? Предавать Ясемин?

Он смотрел на мои губы, а руки лежали на моих плечах. Сжимали крепко, сильно.

— Мы все расскажем. Я выведу тебя в свет. Признаюсь дочери. Расставлю все по местам с женой. Мы будем вместе, Юля. Слышишь меня? Будем вместе.

— Что? Ты что такое говоришь? Рассказать Ясемин? Чтобы она меня возненавидела?! Рассказать твоей беременной жене? Вывести меня в свет, показав всем, что у тебя появилась пассия, которой наплевать, что ты женат?! Ты вообще слышишь себя?!

Он встряхнул меня так, что дернулась голова.

— Ясемин уже давно не маленькая девочка. Она примет это. Потому что уважает меня и мои правила. Жена знает, что у меня есть ты. Я не брошу своих детей, но держать себя в клетке ради них больше не буду. И да, пусть все знают, что у меня есть женщина. Любимая женщина. Какая разница, кто и что подумает, если мы любим друг друга?