Книга Госпожа Громова, страница 31 – Юлия Кажанова

Меня же подхватили за локоть, и повели на выход. Еле успевала передвигать ногами, и не морщиться от боли в руке. Да у него железная хватка.

— А расплатиться? — сказала, и на меня так посмотрели! Все поняла, не дура, уже расплатились.

Борис лично открыл мне дверь в средней машине и усадил, после чего сел с другой стороны. Боится, что я убегу?

Машины тронулись, а я принялась читать. Хотя отлично поняла, что поправки больше не вносятся, иначе, почему мы едем прямо в загс?

Первыми пунктами сразу шел момент о разводе. Как это мило. Мы ещё не поженились, а уже делим имущество. Хотя, как делим, я отказываюсь от всего в пользу мужа. Вернее даже не всего. Был пункт, где говорилось, что если я сама что-то заработаю, то это только мое! Какая забота, хотелось прорычать, но я только посмотрела на невозмутимого мужчину.

Машина в пути постоянно виляла, так что читать было трудно. Обязательно глянула в пункт про лечение. Как стану женой, начнется подготовка. Клинику, все процедуры и реабилитацию оплачивает Громов. Это было самое главное, что меня вообще интересовало.

Дальше шли пункты, что я должна делать как жена. Общая суть быть рядом и быть верной. Любовники мне не разрешены! Ещё бы, да и где найдется смертник, готовый поставить Борису рога? Мне кажется, что если я даже захочу, кандидат не найдется.

— Борис Викторович, можно вопрос? — решаюсь на небольшой разговор, хотя меня немного потряхивает. Как вообще можно спокойно дышать, находясь рядом с ним?!

— Милена, давай на ты, а то странная из нас пара, — прочеканил, поворачиваясь.

— Почему именно три года? Как по мне странная цифра, это и ни мало и не много.

— Именно по этому! Если мы разведемся через год, подумают, что я играл, а если через три, то тут работает статистика. Большинство пар расходятся именно через три года. Не сошлись характерами или надоели друг другу. В общем, меня осуждать не будут. Не бойся, специальная группа по пиару все обдумает, — ого, тут и пиарщики есть. И история, из которой он выйдет белым и пушистым.

— Логично. Но вы так уверены, что я проживу три года? — усмехнулась, пролистывая страницы о сохранении тайны. Тут и так все ясно, меньше знаешь, крепче спишь.

— Не понял? — и столько удивления в голосе.

— Вы не знали, лечение может и не помочь. Но я, естественно, не хочу умирать, и буду верить, что все обойдется!

На это мне ничего не ответили, лишь нахмурились. Увидела и свои пункты, все на месте. Не обманул.

— Можно ручку, я подпишу, — и протягиваю к нему руку. У самой пишущих предметов нет.

— Конечно, — мне удостоилась честь взять опять ту самую ручку из внутреннего кармана. Мне кажется она у него для особых случаев. — Где твой паспорт?

— Сейчас, — говорю, и достаю из сумочки зеленый чехольчик. Протягиваю ему. Забирает, и отдает Артему, который сидит впереди.

Заношу ручку над местом подписи и замираю. Готова ли я к такой авантюре? Быть рядом с мужчиной три года, изображать любящую жену. Неожиданно вспомнила момент, где я должна хранить верность, а вот у него такого пункта нет! Нахал.

— Можно у вас кое-что попросить? — спрашиваю, все еще держа руку над белым листком.

— Попробуй, — сказал недовольным голосом. Мне кажется, или он нервничает?

— Я хоть и фиктивная жена, но не могли бы вы любовниц не приводить в дом? Делайте свои дела в другом месте. Хорошо? — спрашиваю, поднимая взгляд. И вот опять его брови взлетают наверх.