Книга Моя принцесса, страница 121 – Юлия Кажанова

— Так как я долго проспала, и где мы? – серьезно спросила его, поворачиваясь в кольце рук. – Что вообще произошло, и как вы нас нашли?

— Столько вопросов, и уверен ещё столько же, а то и больше, крутится у тебя в голове, – улыбаясь, сказал он, а потом провел рукой по моей щеке. – Я чуть тебя не потерял, прости меня, – с грустью продолжил он. – Я отвечу на твои вопросы, если ты ответишь на мои.

— Идет, – согласилась я. Мне скрывать нечего, в отличие кое от кого.

— Тогда давай помоемся, а затем поговорим, – спокойно сказал он, беря в руки губку и мыло.

— Но…– Начала я, но меня перебили.

— На часть вопросов отвечу сейчас, вижу, что тебя мучает любопытство, – усмехаясь, сказал он, видя моё обиженное лицо.

— Ладно, так и быть, потерплю с допросом. Но ты ответишь на все мои вопросы без утайки!

— Даю честное пионерское, – серьезно сказал он, а на лице расползается хитрая и довольная улыбка.

— Ты был пионером? – скептически спросила я, с трудом представляя его в красном галстучке.

— Я много кем был, жизнь у меня была долгая, – приговаривал он, натирая мне спинку.

Вот только умолчал, что прожил-то он малую часть той долгой жизни, что дана ему. Ну, ничего, мы еще поговорим об этом.

— Хорошо, давай тогда начинай хоть что-то рассказывать, – сказала, довольно жмурясь от мытья.

Кто бы мог подумать, что это может быть так приятно! Мыльная губка скользит по телу, постепенно возбуждая, и это несмотря на то, что недавно я пережила более пяти оргазмов. Похоже, я становлюсь нимфоманкой. Или это я стала меняться? Об этом нам тоже надо поговорить. Рассказ Александры про обращение меня не радовал совсем.

— Сейчас мы находимся в Швейцарии в доме моих родителей, – улыбаясь, сказал он, а я шокировано посмотрела на него. Вспомнила, как я кричала несколько минут назад, и мне стало дико стыдно. Кошмар! Они всё слышали.

— Не стоит так пугаться. Мы все взрослые люди, тут нечего смущаться. Ну, может только отец мне втык даст за это. Его очень волновало твое здоровье, как в прочем и всех. Ты нас вообще сильно напугала.

— А что произошло? И почему волновало мое здоровье? Я чувствую себя отлично, да на мне даже царапин нет, не то что шрамов. Хотя я четко помню, как их получила, – сказала и подумала, что это вообще-то странно. Ладно, царапины, но некоторые глубокие раны не могли так просто сойти. Что там Мартин говорил про долгий сон?

— Сколько я проспала? – очень серьезно спросила его, смотря в глаза.

— Неделю, – в тон ответил мне.

— Неделю? – удивленно пробормотала я, стараясь осознать цифру. Да я в обморок в жизни не падала, а тут недельная кома! Зато теперь понятно, почему на мне ни царапины.

— Врачи, что тебя осматривали и следили все последующие дни, утверждают, что все хорошо. У твоего организма просто шок, ну ещё и нервное, поэтому произошел сбой, – начал обеспокоенно утешать директор, видя, как я удивлена.

— А почему я отлично себя чувствую? Даже дикого голода нет. Да и тело не кажется мне таким, словно оно пролежало без движения столько времени.

— Отец нанял лучших врачей. Они все находятся по близости и следят за твоим здоровьем. Тебе ставили капельницы, разминали тело. Поэтому, ты и не чувствуешь усталости от долго лежания.

— Разминали тело?

— Да. Сначала это делал врач, потом стал делать я. Мне не хотелось, чтобы кто-то прикасался к тебе. Я разминал руки ноги, сажал тебя. Поворачивал голову, чтобы шея не затекала. Всё органы в тебе здоровы, так что это было даже полезным. И как я вижу, мои старания были не напрасны, – томно сказал он, притягивая меня к себе. – Знаешь, нельзя вот так прерывать процедуры. Ты же не хочешь навредить себе? Так что мы продолжим их и дальше, – довольно произнес он, а я отчётливо почувствовала то, что уже готово было идти в бой по новой. Мартин точно не человек. Разве реально так быстро восстановиться после такого-то слияния?