Книга Тебе Шах и Мат, страница 48 – Юлия Кажанова

И как тут говорить. Ох. Кажется, я сильно ошиблась. Пора начинать отбиваться или кричать!

Затаив дыхание, смотрю испуганно на Бориса, который одним движением разодрал на мне сорочку и припал к вершинкам груди.

— Ах,– вырвалось из груди, и я выгнулась навстречу такой ласке.

И опять голова идёт вразрез со здравым смыслом. Мое тело желает мужчину, но странный блок в голове не дает согласие.

— Моя нежная снежинка, как же я соскучился,– шепчет, покрывая поцелуями живот, и сжимая ладонями грудь. Приятно и даже возбуждающе, но я не давала согласие на это.

Мы ведь всего день не виделись, почему он так говорит, словно год отсутствовал? А ещё меня смущал этот порыв, ох, не к добру это. И словно в подтверждение моих слов, Борис разводит мои ноги и устраивается между ними. Благо, на мне ещё трусики остались.

— Нет, я не хочу,– воскликнула, хватаясь за него руками, и попыталась свести ноги, но куда уж, мужчина уже устроился между ними и крепко держал.

— Ангеллллллллл,– прорычал он, хватая мои руки и заводя их над головой.– Мы, кажется, договаривались о покорности!

Он смотрит на меня расширенными черными глазами, и я убеждаюсь, что мужчина под чем-то, а это плохо для меня, так как в таком состоянии мало до кого можно достучаться. Если так, быть мне изнасилованной, так как я против!

— Но я не хочу,– пропищала жалобно, а потом, заплакав, упала на подушки и перестала вырываться.

А чего ты ждала, Ангелина, Борис мне прямо сказал, что выкупил меня ради своего удовольствия. Будешь моей маленькой радостью,– так он сказал.

Я знала, что до постели мы дойдем, но всё надеялась на отсрочку. Глупая. Я игрушка, вещь, шлюха. Так что расслабляемся и не сопротивляемся, всё для хозяина. Может, тогда он быстрее закончит.

Чуть позже, когда он уйдёт, я попробую смириться со своей судьбой вещи для развлечения, а потом, если смогу получить свободу, то и забыть всё, как страшный сон. Хотя, признаю, не такой страшный, но меня всё равно принуждают.

— Эй, Ангел!– позвал меня Борис, проведя рукой по контуру лица. Его голос смягчился, пропало рычание, и появилась… нежность?

— Прошу, заканчивайте и оставьте меня,– прошептала, зажмурившись, и его рука тут же исчезла. Интересно, с чего вдруг. Пошел раздеваться?

А потом меня и вовсе укрыли одеялом, чем очень удивили.

— Я не насильник, ты сама захочешь меня. Я умею ждать!– только и сказал хозяин, перед тем как уйти к себе в комнату, и я услышала, как хлопнула смежная дверь. Он что, просто так ушел?

Не веря, выползла из-под одеяла и осмотрела пустую и темную комнату. Никого! Ух!

Почему он ушел? Неужели я ошиблась, и горящие глаза были не от воздействия посторонних препаратов? Если так, то я всё равно не понимаю причины.

Опять легла и почувствовала неприятный холодок. Точно, я же теперь почти голая.

Легкая волна мурашек прошлась по телу, стоило вспомнить, как её с меня содрали. Опять стала осматриваться, но порванной сорочки так и не нашла. Он что, её собой забрал?

Устало вздохнув, пошла в гардеробную, чтобы выбрать, что надеть среди десятка нарядов. Благо, выбор большой, хоть каждый день рви, как и меня, хотя лучше без рвать!

Проходя опять к кровати, посмотрела на закрытую дверь, а потом замерла и прислушалась. Тишина. Уснул? Будем надеяться. Будь я в мотеле, забаррикадировала бы дверь, а здесь мне чётко указали моё место и что я должна делать, так что просто надеюсь, что остатки ночи я просплю спокойно и одна.