Книга Тебе Шах и Мат, страница 27 – Юлия Кажанова

— Нет, ты будешь ходить в мехах, и так долго мерзла. Кстати, вот дополнение,– говорит Борис, оказавшись рядом. И когда он только встал, да ещё и подошёл?

Но я уже не думаю об этом, так как мне протягивают длинные бежевые перчатки и красивую барскую шапку, украшенную бисером и белым мехом. Да я даже красоты этой боялась коснуться, не то, что носить!

— Давай примерим,– довольно говорит Борис, разворачивая меня к себе, а потом сам надевает шапку, да так гордо, словно мне корону на голову возлагает.– Красавица,– шепчет, убирая выбившиеся пряди с лица.

— Очень красиво, спасибо,– шепчу, не отрывая взгляда от его карих глаз, которые словно желтеть начали.

— Да, красиво,– повторят за мной и проводит пальцами по щеке, подбородку, губам.– Даже слишком,– шепчет еле слышно, а потом начинает медленно наклоняться ко мне, а я боялась двинуться.

Хочу ли я этот поцелуй? Здравый смысл кричит «Да», но все остальные…

Прикрываю глаза, когда его губы накрывают мои, а потом сжимаю ткань его пиджака, так как меня притягивают к крепкому телу и углубляют поцелуй. Пусть я игрушка, но что мне мешает насладиться моментом, особенно когда я просто таю в его руках?

— Сладкая, и такая нежная,– шепчет, когда на миг прерывает поцелуй и с жаром смотрит в мои помутневшие глаза.– Как мне оторваться?

— Не надо,– отвечаю, не думая, и мои губы опять атакуют в страстном поцелуе. Его рука зарылась в мои волосы и не дает отвернуться, в то время как вторая сжимает талию и словно пытается меня вжать в тело ещё сильнее.

Мысли путались в голове, и я поражалась, как согласилась подпустить его так быстро, но тут же странное чувство, что я принадлежу кому-то, просто отсеивало все другие мысли. Почему я должна противиться, если мне хорошо, да и не заставляют меня? Это не толстяк Глеб, который то и дело зажимал меня по углам и целовал против воли, здесь я отвечала взаимностью. Да и как может быть иначе, когда я чувствую, что желанна, и то, что мне не навредят.

Жаль, но такой сладкий момент прервал зазвонивший телефон. И тут Борис самым настоящим образом зарычал!

— Прости, – выдохнул, поднимая трубку, но не отпуская меня из плена его руки.

Разговор был коротким и не очень приятным для той стороны, так как Борис был зол. Когда собеседник чуть ли не рыдал в трубку, а это я слышала, меня отпустили, и мужчина отошел, продолжая слушать извинения.

Села за столик и тут подумала про охранников. А я ведь при них целовалась! Щёки запылали от смущения, и я не знала, куда деться, но все же посмотрела на мужчин. Никто и не думал смотреть на нас, все спокойно кушали и перекидывались словами, а хотя нет, один заинтересованный взгляд был. Виктория смотрела прямо на меня и медленно жевала свой салат.

Отворачиваюсь от неё и решаю закончить трапезу. Борис присоединился через пять минут, и начисто съел всю тарелку. Вот это аппетит!

— И так, ты в салон, а вечером жду тебя дома. Но сперва переоденься, на улице холодно, а ты всё ещё в этом ходишь.

Да я и раньше хотела это сделать, но мы так увлеклись с Викторией, что и забыли.

— Платьем больше, платьем меньше,– усмехнулась, говоря тихо, но тут меня поймали за подбородок и приподняли его.

— Постарайся не задерживаться,– внимательно глядя на меня, и словно пытаясь что-то во мне разглядеть.