Книга Ложь во спасение, страница 73 – Юлия Кажанова

— Конечно, дорого, но девушка…

— Всё, хватит об этом. Приеду завтра и сам посмотрю на неё. Лучше скажите, она назвала имя? – пусть скажет имя, и я сбавлю обороты. Я знал, что, если посильнее надавить, рано или поздно все раскалываются.

— Она сказала, что сообщит его вам лично.

Что и требовалось доказать!

С довольной улыбкой сажусь в кресло и смотрю на часы.

— Раз такое дело, приеду через двенадцать часов.

— Хорошо, – звучит поникший голос профессора.

— И да, с вас еще двое обернувшихся сегодня! Приеду – лично проверю!

— Но, сэр, девушка…

— Мне все равно, что с ней будет. Даже если её сожрут или обглодают! Не хочет идти, притащите её к этим клеткам! Привяжите, если надо, но результат должен быть! – и отключаюсь. Что за нытик!

— Не могу понять, ты счастлив или зол? – усмехнулся брат, садясь рядом.

— Опять Док ворчит, говорит, перегружаем девушку.

— Да она еще та обманщица, небось сидит себе опять в углу и воет напоказ.

— Я тоже так думаю. Кстати, орешек раскололся! Она сказала, что сообщит имя, только лично. Поэтому по приезду – в офис, домой, а потом в лабораторию. Как раз рабочий день закончится.

— Отлично! Брат, я тебя поздравляю. Сегодня имя, завтра истинная! Обещаю, найдем её быстро!

— Верю! Кстати, я тут подумал, а может, Светлана права и мой дом слишком холодный? Все же она тоже девушка.

— Уже задумался, как переделать свою берлогу? Но вдруг у вас с парой схожий вкус? Что тогда? Опять ремонт? – спрашивает, смеясь, и я качаю головой.

— Ладно, на месте разберемся. Главное, я её скоро обниму. У нас впереди годы!

И я был так счастлив в предвкушении скорой встречи, что и не подозревал, что судьба устала помогать и подарит нам всего несколько минут.

А пока я сжал в руке мой талисман удачи – ангельские крылья, которые забыла моя пара.

Полет прошел спокойно, только вот в душé стало что-то сжиматься. Непонятная тревога не давала мне покоя. Стас заметил это и хмурился все больше.

— Что не так? На тебе лица нет.

— Ей плохо, и очень холодно, – отвечаю, а сам пытаюсь понять почему. Раньше я не чувствовал такого.

— Может, поедем сразу, узнаем имя? Вдруг твоя пара в опасности? Она ведь собиралась бежать.

— Тоже так думаю. Возможно, Светлана знает даже больше и укажет нам место.

На этом и порешили. Пересели в машины, встречавшие нас, и рванули в лабораторию. И чем ближе мы подъезжали, тем холоднее мне становилось. Вскоре появились проблемы с дыханием.

В здание лаборатории я уже влетел.

— Отведите меня к Светлане, – приказываю медсестре, которая тут же понимает, о ком я.

— Хорошо, только там…

— Неважно. Приостановятся на время. Потом продолжат.

Спорить она не стала и повела в нужном направлении.

Стас не отставал и нахмурился, когда нас привели в реанимацию.

Как только я увидел Николая Петровича, стоящего около одной из комнат, рванул к нему.

— Профессор! Я прибыл чуть раньше, поэтому не могли бы вы …

Но договорить мне не дали. Мужчина посмотрел на меня ледяным и суровым взглядом, а потом сказал:

— Она ждала только вас. Можно сказать, держится только ради вашего разговора, прошу, – и кивнул на палату.

Я сперва не понял, о чем он, но когда повернул голову, увидел слабую тень девушки, лежащую в постели под кучей датчиков и в бинтах. Один аппарат показывал, что сердце еле стучит.