Книга Жемчужина моего сердца, страница 90 – Юлия Эллисон

— А как становятся, ты не ответил?

— Это происходит, если женщина — та, что нужна. Мы не просто спим с ней, а скрепляем наши жизни в процессе кровью. И тогда, проснувшись на утро, она превращается в драконицу. Все кажется просто, но на деле девушкам приходится весьма трудно, ведь до этого они не владели магией или второй сущностью.

— А если девушка не та, а дракон… как ты сказал? Скрепляет кровью? Тогда что? — поинтересовалась.

— Тогда девушка умирает. Наша кровь токсична для обычных людей, только истинная может стать драконицей.

Ох. А вот это что-то новое. И страшное.

— Слушай… но я ведь не из вашего мира, а если я умру от этого вашего скрепления? Что оно вообще дает, кроме того, что я стану большой ящерицей?

— Ты — моя жемчужина сердца и этого не изменить. Мы не зря столько времени проверяем девушек, чтобы точно убедиться, что это та, единственная. Убивать людей нам ни к чему. Я уверен в том, что магия воспримет тебя как надо, в каком бы мире ты до этого ни жила.

Он явно что-то скрывал, хотя в целом говорил прям искренне.

— А в чем плюсы этой вашей парности? Знаешь, мне как современной женщине, конечно, хочется сказки, но как-то не вдохновляет жить в вашем жарком средневековье, где даже средств гигиены нет нормальных.

Я не хотела смягчать для него правду. Может, для кого-то новый мир — это волшебная сказка, но не для меня.

— Верность, любовь, счастье. Парность гарантирует то, что наша жизнь будет полна любви, пока мы вместе. Разве этого мало для того, чтобы мечтать об этом годами? Жизнь без любви — та еще скука.

Охотно верю.

— Но пока во мне совсем нет по отношению к тебе любви. Какое-то влечение — возможно. Но это не любовь.

Я не хотела обманывать. Дракон серьезно кивнул.

— Это нормально. Поначалу только дракон ощущает парность. Постепенно в тебе проснутся чувства, просто… возможно, это будет не так быстро и просто. Обычно этот процесс занимает от нескольких недель до года. Я мог бы подождать, пока ты влюбишься в меня и так, но… мне разрывало сердце то, что ты так скучала по родным. А я не хочу стать причиной того, что в будущем между нами будет хотя бы минимальный негатив. Такое тоже случается. Нельзя заставить быть своей насильно — это приводит к ужасающим последствиям, когда оба любят, но не могут простить друг друга.

Задумалась. Что ж, если все так…

— Получается, заставить меня переехать в твой мир ты также не можешь? — а это уже хорошо.

Дарвиэль скривился.

— Нет, если ты не захочешь. Но… выжить у вас я также не могу. Я уже чувствую, какие скудные тут магические потоки, и постепенно это иссушит меня. Брат был прав — три месяца предел.

Кивнула. Что ж. Все не так уж плохо, как я себе надумала.

— А если раз в год, по три месяца? Ты сможешь тут находиться?

Я не собиралась бросать родителей здесь. Нет, никогда. Но и перетащить их туда… признаю, глупая была мысль. Мама быстро загнется без таблеток, что ей так нужны для сердца. Папа вовсе не сможет выжить без любимого футбола по телевизору.

— Так — смогу. Возможно, если сделать присутствие не таким длительным, то смогу и чаще.

— Как часто? — Это было важно.

Мужчина задумался.

— Я здесь второй день и в целом пока что потерял не так много. Но я и не создавал портал. А значит…

— Мне будет достаточно, если ты сможешь пробыть у нас хотя бы пару дней в месяц Хотя иногда можно будет и недельку, но за три месяца, — чтобы не вызывать слишком сильных подозрений в том, почему мы так часто летаем туда-сюда.