Книга Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря, страница 179 – Анна Гале

— Я хочу называть вас по имени, — тихо, упрямо произнесла Мари. — Ведь вы называете меня «Мари». А как мне звать моего мужа?

— Хороший вопрос, — негромко, отчётливо произнёс незнакомый насмешливый голос.

Из-за ближайших деревьев на вороном жеребце выехал мужчина, почему-то показавшийся Мари страшным. На самом деле незнакомец был красив, но это была своеобразная красота — жёсткие чёрные волосы, спадающие на плечи, орлиный нос, опасно прищуренные тёмные глаза… Он напомнил Мари хищную птицу на охоте, в любую секунду готовую камнем ринуться вниз, на выбранную жертву. Мужчина был немолод, лет сорока пяти на вид, двигался он с грацией хищника, в любой миг готового к броску. Взгляд незнакомца мельком скользнул по лицу Мари и остановился на её супруге.

— Иногда поражаюсь наивности таких, как ты, — мужчина неприятно усмехнулся. — Неужели вы считаете, что на свете существует хоть одна женщина, которая может за целую жизнь ни разу не спросить об имени мужа? Какое-то время она, возможно, и способна сдерживать любопытство, но через месяц, полгода, год, несколько лет любая жена задаст естественный вопрос: «Как же тебя всё-таки зовут?»

Незнакомец улыбался, но его улыбка казалась Мари страшной, таившей угрозу. Звякнул металл: муж вырвал меч из ножен. У Мари вырвался испуганный вскрик. Незнакомец продолжал улыбаться. С улыбкой он рванул из коротких ножен у пояса кинжал и стремительным движением метнул его в сторону противника. Мари успела увидеть, как узкое блестящее лезвие вошло в горло её мужа. Девушка хотела закричать, голова вдруг закружилась, в глазах потемнело, сжимавшие поводья пальцы разжались, и Мари почувствовала, как соскальзывает с седла. Последним, что она услышала, были жуткий предсмертный хрип и приближающиеся удары копыт по сухой земле. Чьи-то руки подхватили Мари, не дав свалиться на землю под ноги перепуганных лошадей. «Руки убийцы», — успела мелькнуть в голове мысль, прежде чем сознание окончательно померкло, и Мари провалилась в темноту.

Из небытия её заставил вернуться запах — сильный, резкий, обжигающий ноздри. Казалось, воздух закончился, а то, что пришло на его место, невозможно было вдохнуть. В горле першило, в носу жгло. Мари пыталась отвернуться, отдышаться, глотая ртом воздух, но запах упорно преследовал её. Теперь к нему добавился смутно знакомый, властный голос:

— Открой глаза! Покажи, что ты меня слышишь, — и я уберу это!

Никогда ни один мужчина, кроме отца, не обращался к Мари на ты. Но голос был не отцовский. Девушка заставила себя разлепить веки. Первым, что она увидела, был изящный флакон у её лица. Он казался огромным и заслонял собой всё вокруг, но ещё больше показалась Мари сжимавшая флакон грубая мужская рука.

— Ну вот, — с удовлетворением протянул голос, и флакон отодвинулся от лица девушки.

Мари судорожно глотала ртом воздух. Постепенно пришло осознание, что она лежит на чем-то твёрдом, а рядом сидит черноволосый незнакомец. Его руки приподняли её голову и поддерживали девушку, пока та пыталась отдышаться. Мужчину Мари видела совсем недолго, но запомнила очень хорошо: тот самый, метнувший кинжал в её мужа. Мари инстинктивно дёрнулась в сторону. Незнакомец усмехнулся.

— Вижу, ты уже пришла в себя. Теперь можно и поговорить.