Книга 11 дней изменят всё, страница 145 – Юлия Архарова

Разговор с дядей был ничем иным, как жестом отчаяния – я и не ожидала, что Макс мне поверит. Но должна была попробовать. Должна попытаться.

Если бы все эти годы я не скрывала дар от дяди, если бы позволила ему убедиться, что он действительно работает, то все сложилось бы иначе. Макс не только не пошел бы на церемонию, но и помог бы спасти Демьяна.

Да, было время, когда я и правда подумывала все рассказать дяде. Но так и не решилась, не нашла в себе для этого силы. Боялась, что Макс будет смотреть на меня как сейчас. Сначала с недоумением, потом как на больную или сумасшедшую, а затем, когда поймет, что я не придумываю, как на диковинное создание, начнет опасаться меня, избегать. Боялась, сколько экспериментов – посещений больниц и хосписов – мне придется пережить, прежде чем Макс действительно поверит.

Так что я не винила дядю, если бы мы поменялись местами, и это он сейчас огорошил бы меня подобным признанием, я бы тоже отнеслась к сказанному скептически. К тому же, на одной чаше весов оказалось исполнение мечты его смертельно больной невесты, а на другой моя внезапная блажь.

Вот только от понимания всего этого мне было не менее больно и страшно.

— Что же делать? – прошептала я, сминая в руке конверт приглашением, которое неизвестно кто прислал… И в этот миг вспомнила еще одного человека, которому суждено умереть сегодня – Рудольфа Германовича.

Я давно не видела менеджера, а потому не знала, сколько часов ему осталось. Но вряд ли это банальное стечение обстоятельств, Руд тоже будет в проклятом киноконцертном комплексе, так что вероятно умрет в одно время с Максом и Демьяном.

Итого, три человека должны погибнуть на церемонии награждения или вскоре после нее. Минимум три. Значит, должно произойти что-то глобальное…

Я бросила взгляд на телефон, Демьян все еще не прочитал мое сообщение. Попробовать с ним связаться? Попытаться убедить его изменить планы?

Нет, не вариант. Если даже дядя не поверил мне. К тому же, Демьян – ведущий, он не может не появиться на церемонии.

Черт! Как тогда предотвратить неминуемое?..

Дверь открылась, в переговорную вернулась Сатия.

— Все разошлись. Что случилось? Ты поругалась с Максимилианом Эдуардовичем? Нервный он какой-то был. Никогда его таким не видела, – быстро спросила она.

— Нет. Он просто окончательно уверился, что его племянница сошла с ума, – пробормотала я.

— Что?.. – глаза Сатии удивленно округлились.

— Не бери в голову. Макс оставил какие-нибудь распоряжения?

— Не распоряжения, а лишь рекомендации, – фыркнула личная помощница. – Мне он не господин, я работаю на тебя.

Мелькнула мысль, что если Макс переживет эту ночь, то может озаботиться, чтобы меня признали недееспособной, и тогда уже он станет работодателем Сатии. Разумеется, так дядя поступит не для того чтобы отобрать у меня номинальную главенствующую роль в семейном бизнесе (если бы хотел, то давно это сделал), а из соображений безопасности и для осуществления моего лечения.

Если, конечно, Макс не уволит Сатию. Моя помощница ему никогда не нравилась.

— Что он сказал? – спросила я.

— Проводить тебя наверх. Не оставлять одну. Не спускать глаз. Просил остаться до утра, обещал премию. А он, мол, придет утром.

Ожидаемо.

— Но ты же помнишь, что именно я твоя госпожа?