Книга Чужая жена. Развод не устраивает!, страница 17 – Наталья Мамлеева

— Случайно она, – поморщился дознаватель и поставил меня на ноги. – Пожалуйста, выделите ей покои, завтра… её горничная привезёт вещи.

Разумеется, никакая горничная не привезёт вещи. Но судя по всему, Лориан не собирался посвящать слуг в тонкости наших взаимоотношений.

— А леди прибыла… в одном халате? – уточнила, судя по всему, домоправительница и окинула меня пренебрежительным взглядом.

— Леди разводится с мужем, – заявила я, и Лориан кашлянул. – Буквально сбежала в чём была. Но не волнуйтесь: главное, моё сердце при мне, а лорд Лориан любезно предложил свою крышу.

Которая, к слову, тихонечко отъезжала в момент нашего разговора. Не в смысле поместья, в смысле выражения лица дознавателя. Я с трудом удержалась, чтобы не хихикнуть.

Слуги подавились воздухом и не нашлись что сказать. Первым опомнился дворецкий и чопорно предложил пройти за ним. Я спокойно послушалась, лишь поймав брезгливый взор домоправительницы, когда тот упал на мою одежду. Хотелось закатить глаза.

Сам особняк с высокими стрельчатыми окнами и резными балкончиками был выстроен из светлого песчаника. От ворот к парадному входу вела дорожка, вымощенная плиткой, между которой пробивалась мягкая трава. По обе стороны от неё раскинулись скверы из подстриженных кустов со скамейками, где белели мраморные статуи и журчал фонтан – разглядеть его в темноте не удалось, но я слышала шум воды.

Меня провели через главный вход. Убранство оказалось впечатляющим. Полы из тёмного полированного дерева отражали свет магических светильников в виде парящих сфер. Стены обиты шёлком винного цвета, а потолки расписаны изображениями каких-то магических баталий. Повсюду стояли вазы с живыми цветами.

Я понимала, что местной современности до моей современности очень и очень далеко, но именно так я могла охарактеризовать этот дом. Простота и минимализм, при этом было видно, насколько здесь всё качественно и дорого выполнено. Спокойствие и уют.

— Ваша комната, – чопорно известил дворецкий, когда мы поднялись на второй этаж и свернули в правое крыло.

Первое, что я почувствовала, – это запах. Лёгкий аромат лаванды и натурального дерева. Комната была огромной. Как вся квартира моих родителей в моём мире!

При воспоминании о родителях на глаза опять набежали слёзы. Что они сейчас чувствуют? Как к моей гибели отнёсся младший брат? Ему всего лишь двенадцать. Надеюсь, это не усугубит его переходный возраст.

Вздохнув, я расправила плечи и огляделась. Первым делом увидела мягкие тапочки, в которые и переобулась, продолжив осмотр.

Окна выходили в сад, и через них в комнату лился мягкий свет. Рядом стоял письменный стол из тёмного дерева, на котором уже лежала стопка сероватой бумаги, перья и стояла чернильница. Напротив – камин, его полка из белого мрамора была уставлена крошечными хрустальными фигурками. Над камином висело зеркало в позолоченной раме, такое огромное и наклонённое вниз настолько, что в нём отражалась почти половина комнаты.

Я сделала несколько неуверенных шагов по светлому ковру с узорами из приглушённых изумрудных и золотых оттенков, повторяющими вензеля на шторах и балдахине кровати.

Да, кровать. Это был не просто предмет мебели, а целое сооружение. Широкая, с высоким резным изголовьем из тёмного дерева. Её закрывали тяжёлые занавеси из струящегося бархата, которые сейчас были подхвачены шёлковыми шнурами. На атласном покрывале лежала груда подушек.