Книга Скромница и Сердцеед, страница 42 – Лана Ежова

Демьян высунулся до половины.

И здесь Элис не было.

Внизу – смятая крапива. Следы двоих, а затем одного человека. На влажной после ночного ливня земле отпечатки ног сорок пятого размера.

Выхватывая взглядом фрагменты, он втянул воздух, пытаясь хоть что-то определить. Получалось плохо, и он частично обернулся.

Легкий аромат Элис, хвоя и много-много ванили и корицы. Кто-то специально затер след запахов, использовав специи?

— Что происходит, полковник? – Позади раздался возглас мага.

Демьян оглянулся:

— Элис похитили.

Из-за плеча мага выглянула сердитая девица в желтом. Возмущение мгновенно сменилось испугом, и она завопила во всю мощь голосовых связок:

— Мо-о-онстр!

И упала в обморок.

Элис

— О-хо-хо, – в энный раз жалобно простонал Глеб, прижимая к глазу пакет со льдом. – Глория, принеси новый, этот уже растаял.

Ведьма фыркнула возмущенно:

— Хватит придуриваться! Ты же оборотень, там и следа гематомы нет.

— А моя душа? Душа, думаешь, не болит? – с пафосом произнес Глеб и, бросив на меня полный укоризны взгляд, пожаловался: – Моя ученица подбила мне глаз!

Хмыкнув, Глория ушла на офисную кухню.

Я же в очередной раз искренне попросила:

— Глеб, прости, я не хотела.

— Я так спешил на помощь, бежал на сигнал маячка как угорелый, все глаза сорвал, высматривая, а ты… ты взяла и в один из них и засветила!

Вот ведь артист! Для него мой удар – как комариный укус, а страдает так, словно в звериной ипостаси ему хвост оторвали.

Но вообще, да, нехорошо получилось: он разыскал меня, получил в глаз, а затем еще и на руках нес, когда потеряла сознание от переутомления.

— Глеб, прости, но ты сам виноват. Назвал цветочком, а это мой триггер, – призналась я вынужденно.

Коллега, забывшись, отвел пакет со льдом от целого глаза.

— Элис, на тебе была смешная шляпа с подсолнухом, из-за нее и возникла такая ассоциация, – будто оправдываясь, произнес Глеб и уже тихо переспросил: – Так из-за чего, говоришь, у тебя триггер?

Невольно улыбнулась. Кошки очень любопытны, даже если они оборотни и мужчины.

— Я не говорила, Глеб, и не расскажу. Извини, не хочу вспоминать.

Мою историю знает лишь Саша, а коллегам известен минимум, то, что нельзя таить: я скрываюсь от влиятельного психа, который пообещал жестоко убить, если найдет.

В комнату отдыха вернулась Глория с подносом и торжественно провозгласила:

— Товарищи больные, вот ваше лекарство.

Мне достался травяной чай, успокаивающий нервы и восстанавливающий силы, а Глебу – огромный бутерброд с бужениной и сыром. Еще на двух была гора миниатюрных шоколадных рогаликов – идеальное утешение после тяжелого дня.

— Спасибо, Глория, ты настоящий друг и целитель! – с чувством произнес Глеб, вонзаясь острыми зубами в бутерброд.

Ведьма довольно улыбнулась.

— Элис, набери еще раз Сашу, – напомнил оборотень с набитым ртом.

Доставать Иванович в командировке не хотелось, но она должна знать, что я невольно заинтересовала АБЗ.

Я успела разблокировать эргофон, как начальница позвонила сама по видеосвязи.

Растрепанная, глаза сияют, губы норовят растянуться в довольную улыбку. Командировка с Максом проходит успешно? Интересно, чем они там занимаются?

— Привет, босс, прости, что отвлекаю, но, похоже, у меня проблемы.

Саша вмиг напряглась.

— Это как-то связано с моей просьбой? – едва ли не прямо спросила она об оставленном на временное хранение артефакте.