Книга Любительский шпионаж, страница 179 – Дайре Грей

— Хорошо. Что-нибудь еще сообщили?

Прошла уже неделя, как они вернулись. Достаточно, чтобы снова привыкнуть к особняку, но слишком мало, чтобы передать приказ, найти в чужой стране монахиню и доложить об этом. Покидая Изрилиону, герцог не думал, что будет желать вернуться. Или… скучать. Не по жаре или жесткой кровати, но по тихому, спокойному голосу, понимающему взгляду, редкой улыбке. Почему он решил, что остаться там ей будет лучше? Почему тогда показалось, что все правильно?

— Изрилиона развернула войска, — Юстас нахмурился. — Они отступили к старой границе и, судя по наблюдениям, закрепились на позициях. Основная часть сил ушла вглубь страны. Наши войска готовятся к перенаправлению на север. В помощь основной армии.

— Повторное наступление исключено?

В голове всплывали смутные воспоминания о лекциях по тактике и стратегии с упоминанием обманных маневров. Но генералам на месте должно быть виднее. Все же он далеко не военный.

— Неизвестно… Поэтому приказ еще не отдан. Никаких дипломатических посланий тоже не поступало, что очень странно. Да и часть орудий изрилионцы бросили, будто торопились.

Что же тогда творится в Романе, если армию спешно отозвали домой? Разъяренный элементаль такой силы мог многое натворить. А, учитывая наличие явных противоречий между дожами и церковью, кто-то мог воспользоваться положением, и тогда… Гражданская война?

Нужно было забрать сестру Монику с собой.

Герхард сдавил переносицу и прикрыл глаза, понимая, что бессилен что-то изменить. Монахиня могла погибнуть при обрушении крепости, пострадать в беспорядке и хаосе, попасть под воздействие элементаля. В голову приходили десятки вариантов событий, что могли с ней произойти, и ни одного, при котором она бы выжила.

— Сабина записала расшифровку знака, который ты нашел в Цитадели?

— Да, возьми на углу…

Юстас зашуршал бумагами, как показалось, преувеличено изображая поиски нужного документа. Затем прочистил горло.

— Принцип такой же, как у рунескрипта на пуле… Две руны света, кровь, земля и перевернутая защита. Их разве можно вот так сочетать?

— Оказалось, можно. — Герцог убрал руку от лица и взглянул на кузена. — Хотя что-то там противоречит основополагающим принципам. Сабина предположила, что святой Мартин был магом-теоретиком, отчисленным из Академии за свои взгляды. Тогда он мог добраться до Изрилионы и поселиться там.

— Но как маг-теоретик запер сильнейшего элементаля света в крепости? Даже со знаком. Не мог же он не сопротивляться?

— Мог. Точнее это наше единственное предположение… Элементали любопытны по своей природе. И сильнейшие не исключение. Что-то же заставило первого из темных сотрудничать с нашим потерянным кузеном. Светлый мог также пойти на контакт, но оказался не столь…

— Проницателен. И подозрителен. А знакам не придал значения. Возможно…

Юстас отложил отчет, который уже отправлен в обе соперничающие службы и на кафедру рунологии в Академию. Профессор Ланге должен дать экспертное заключение, но что-то подсказывало, что оно не будет отличаться от видения внучки.

Кузен продолжал изучать взглядом столешницу, не торопясь говорить или уходить, что совершенно не походило на его обычное поведение.

— Что?

— Ты о чем? — изображать невинность у собеседника получалось почти так же хорошо, как у Сабины, но последние годы тесного общения с ней не прошли бесследно.