Книга Моя непокорная травница, страница 63 – Стейси Амор

Любовница с ходу поняла, что Брюс допросил Маккея, вытащил из того подробности и безумно зол на нее.

— Ничего я не оболгала, — Давина опустилась на пол и моментально зарыдала, — Аллан действительно неравнодушен к этой ведьме. Он защищал ее... а меня...

Слушать новую ложь, сплетню о близком родственнике и рабыне мужчина не желал. Да и слезы не выглядели настоящими.

— Ты первая пришла к ней, первая напала, — бесился лэрд сильнее и сильнее. — Драки запрещены. С Алланом я разберусь сам, хотя Лиам и другие воины утверждают, что мой брат терпеть не может целительницу, но ты... — он перевел дух и сжал кулаки, сдерживая порыв схватить лгунью за шкирку. — Я многое тебе прощал, но сегодня была последняя капля.

— Брюс, нет, — рыжеволосая девушка продолжила умолять. — Посмотри на себя, тебе все говорят, что эта дрянь тебя околдовала, что она вьет из тебя веревки. Оглянись вокруг, обрати внимание, да хворь пришла в наш дом из-за нее!

Рыдания становились громче, лицо Давины краснее, в воздухе повисла духота.

— Слушать тебя больше не желаю, — отмахнулся он новых всхлипов любовницы.

Ему хотелось свободно вздохнуть. Почувствовать свежесть, а не спертый запах в кладовке, где они закрылись.

Вышел, обнаружил за дверью прижимающуюся и бледнеющую Аву.

— А ты, — ткнул он пальцем в пожилую ключницу, — образумь дочь, держи при себе! Пусть она сидит в твоем доме и не выходит. Завтра явишься ко мне и обсудим, за кого ее можно выдать замуж.

Ава открыла было рот, чтобы возразить, но разум вовремя ей подсказал, что в данный момент с господином спорить не стоит. Пробурчав себе под нос что-то похожее на «слушаюсь, хозяин», служанка поклонилась и прошмыгнула мимо него, чтобы помочь дочери подняться.

Устало вытерев лоб от пота, а после с силой ударив кулаком в стену, Брюс принялся размышлять, что ему делать дальше.

Просто пойти к Лисе?

Нет, девушка и без того слишком горда. Ей тоже следует помнить о своем месте. Она его... его собственность, а значит, если он позовет, ей ничего не останется делать, как прийти. Но и ломать характер колдуньи было выше его сил. В конце концов, из-за своей независимости, из-за своей непокорности травница ему настолько нравилась.

Первым делом он призвал к себе Лиама, попросил, чтобы тот каждый час справлялся о самочувствии людей и о том, чем занимается целительница. Пытался забыться и погрузился в послания и счетные книги, но мысли то и дело возвращались к нижнему этажу, где лежали больные и работала Лиса.

К сожалению, сведения Лиама были скудными, да и воины не обладают умением подробно и красочно изъясняться.

Один шаг, другой, и он сам покинул свои комнаты, чтобы пойти и проведать брата. По крайней мере, он уговаривал себя, что спустился именно ради Аллана, а ни кого бы то ни было.

— Господин, — в огромном помещении трудилась не только Лисандра, а еще несколько рабынь.

Все при его появлении поклонились, Лиса заметила лэрда с опозданием, занятая одним из больных, но тоже присела и опустила взгляд к его ногам.

Умело делала вид, что они никто друг другу, что она из обычной плененной прислуги, поэтому не приближалась и не подходила. Сложно оставаться хладнокровным.

Стерпев холодный прием, да и чего еще он мог ожидать, Брюс присел у постели родственника.