Книга Свадьба по приказу, страница 27 – Татьяна Антоник, Стейси Амор

— Нет, но...

— Значит, и дальше не буду. Она ни в чем неповинна, чего я о тебе сказать не могу. Выдумал тоже, фею вызвать. Всем расхлебывать приходится.

— Я с тобой отправлюсь, — предложил цесаревич, испытывая муки совести.

— Нет, — отрезал Сергей, — да и кто тебя отпустит?

С Александром он попрощался быстро, не слушая его тихих объяснений. Вернется к свадьбе, там и помирятся. Зло держать долго князь не умел. Может, по этой причине и к Бестужевым никогда ненависти не питал.

Обратная дорога его не радовала. Считай, только отпуск заслуженный получил, и новое задание. Но дело важное, не отказать.

В пути он сумел набросать письмо для князя Бестужева и Ольги. Объяснял, по какой причине прибудет только к торжеству, просил на него не обижаться и во всем полагаться на матушку Екатерину Степановну.

Правда, в душе было неспокойно. Что-то подсказывало, что Олюшка, будущая теща и маменька если не передерутся, то поссорятся знатно. На всякий случай приписал в послании к Федору, чтобы последнее слово было за ним.

Вернулся в имение он поздним вечером. Домашние ко сну готовились. Коротко переговорив с Ярославом, с Полиной, он ждал в кабинете вдовствующую княгиню. А до этого с управляющим все письма отправил, надеясь, что утром адресаты прочитают.

Пока она собиралась, положил в первый ящик стола разъяснения от Николая Романовича. Запер все, а ключ спрятал на каминной полке.

— Я уже слышала, — ворвалась к нему пожилая женщина. — Даже перед будущей свадьбой тебя в покое не желают оставлять. Объяснишь, что произошло? Отчего так скоро отправляешься?

— Не могу, нет, — завертел он головой, мысленно радуясь, что мать не в состоянии взломать его охранные заклинания на вещах. — Государственная тайна, но у меня просьба к вам.

Он долго спорил с родительницей по поводу невесты, просил, чуть ли не умолял, взывал к ее рассудку, чтобы она юную невесту не третировала. Но по глазам видел, что Екатерина Степановна не послушается. И, спрашивается, почему?

— Да что она вам всем сделала-то? — выпалил в сердцах. — Ее и родные братья чураются, мать вечно донимает.

Помнил, как молодые Бестужевы охотно распускали сплетни про сестру, как сами создали для Ольги невыносимые условия на балах. Был свидетелем, как строго к ней относился предыдущий князь, и как одергивала Антонина Михайловна.

Дело в магии? Печально, конечно, но в чем Ольга виновата?

— Молод ты все-таки, Сережа, — вздохнула его мать. — Ты и понятия не имеешь, какие сплетни о девочке ходили.

— Если ты о цесаревиче... — мужчина вспыхнул.

— Нет, не о нем, — пождала губы княгиня. — Я тебе верю. Ты с Александром дружен. Будь она совсем плоха, ты уж как-нибудь отбрехался бы. Поговаривают, что Ольгу нагуляли.

— Нагуляли? — Сергей глаза закатил, подавил в себе новую вспышку гнева.

— Нагуляли, да, — не понимала Екатерина Степановна спокойствия своего сына. — Не в браке она рождена, а чужая, незаконнорожденная. Неизвестно, что за кровь в ней проявится. Все дети чем-то на мать похожи, и Федор, и Антон, и Святослав. Одна она в отца. И магии нет. Вдруг слух правдой окажется, а вы и детишек заимели. Да мы этот позор с рода Долгоруких никогда не отмоем.

Невольно в памяти всплыли все наследники рода Бестужевых. Ольга действительно на их фоне выделялась, но на старого князя походила. Может, действительно в этом причина неприязни от родных?