Книга Карамелька, или Ты попал, жених!, страница 145 – Анна Бахтиярова

— Барахло Габриэля усложняет, — девица скривилась. — У него тут почти всё магическое. Даже если выглядит обычно. Но если вы возьмете немного одежды, хуже точно не станет. Ну, чего сидите? Дверь сейчас откроется, и ждать вас вечно не будет.

Повторять не требовалось. Мы с Хантером рванули вверх по лестнице. Я забежала в комнату, в которой почти и не жила. Вытащила из шкафа брючные костюмы и пару платьев, купленные в магазине леди Алессандры. Их сюда недавно перенесла Бернадетт из дома Итона. Пока эти вещи не пригодились. Но мне точно не помешает сменная одежда. Завернув в одно из платьев еще и белье, я помчалась обратно, чуть не столкнувшись в коридоре с Хантером. Он тоже уложился быстро, прихватив пару рубашек и брюк.

А дальше…

Дальше состоялся переход. Торопились мы зря. Ибо сначала перемещалось «барахло» Габриэля: книги, картины, статуэтки — всё, что имело ценность духовную, магическую и материальную. Лишь потом в коридор из красного кирпича шагнули мы все. Бернадетт замыкала шествие. Закрыла дверь, заставив ее слиться со стеной, и прикрикнула на нас. Мол, чего это мы замерли? Нужно топать. Коридор создан временный. Не успеем, сгинем вместе с ним. Я вздрогнула, но заметила, как Габриэль закатил глаза. Это значило, что нам ничего не угрожает, а Бернадетт просто любит драматизировать. Ну и командовать заодно.

«Путешествие» закончилось минут через пять. Мы просто вышли еще через одну дверь и оказались в темном холле незнакомого дома. Я ничего не могла о нем знать, но физически ощутила, что здесь давно никто не живет. Нет, затхлого запаха не было. Просто я это чувствовала и всё. Габриэль взмахнул руками, создавая пассы, и стало так светло, что я зажмурилась. А когда открыла глаза, обнаружила на стенах желтых бабочек. Не настоящих. Они походили на светильники для детских комнат, но от них исходила магия.

— Чей это дом? — спросила я.

— Серафима, — ответил Габриэль. — Одно из его убежищ. Снаружи все видят пустырь, от которого инстинктивно хотят уйти подальше. Здесь мы в безопасности.

— Уверены? Маг Вильгельма Моро сейчас способен разве что хрюкать. Но сам советник мэра не из тех, кто сдается. Будет и дальше привлекать магов всех мастей. У самого-то явно кишка тонка. А они…

— Никогда не найдут это место, Амелия. Добраться сюда способны только родственники Серафима и их друзья с чистыми намерениями. Как господин Хантер.

— Ясно… Стоп! — я покосилась на Бернадетт. — Но ведь…

— Именно моя помощница нас сюда довела, всё верно, — Габриэль улыбнулся. — Рад, что ты замечаешь детали.

— Но она…

— Нет, я не очередная дочь Серафима, — Бернадетт сердито фыркнула. — Но состою-таки с ним в родстве. Я прапраправнучка сестры этого паразита. Она была обычной. Магией обладала, разумеется. Но не жила черт-те сколько лет, как особенный братец.

— Еще родня, — констатировала я. И вдруг ощутила такое опустошение, что качнулась.

Габриэль это заметил и предложил:

— Амелия, господин Хантер, давайте-ка провожу вас в комнаты. Нам всем следует отдохнуть. Переход отнимает немало сил, да и до него мы поволновались.

— Боюсь, сегодня придется обойтись без ужина, — сообщила Бернадетт, когда мы начали подъем по лестнице, на которой скрипела каждая ступенька. — Но завтрак непременно будет. Надо лишь переместить сюда продукты и хорошую кухарку. Я знаю, как сделать и то, и другое.