Книга Карамелька, или Ты попал, жених!, страница 133 – Анна Бахтиярова

Она, правда, не оценила.

— Ах, есть еще и в-третьих?

— Да. И это самый весомый аргумент. Папино завещание. Меня не было на обнародовании. Но я прекрасно знаю, что там написано.

Мамины щеки из розовых вмиг превратились в бледно-серые.

— И что же там, по-твоему, написано? — спросила она, стараясь не показать тревоги.

А я с трудом сдержала горестный вздох, ибо надеялась, что до этого никогда не дойдет.

Да, меня не было на оглашении завещания. После похорон отца я лежала пластом и отказывалась вставать, потому что потеряла самого главного человека в жизни. Юристы (эти гады продажные) были готовы угождать моему брату и закрыли глаза на мое отсутствие, а потом… Потом они решили и дальше идти на поводу у Анатолия и нашей матери. В смысле, ни во что не вмешиваться. Типа дела семейные. Тем более родня выставляла меня девушкой недалекой. Той, кто никогда ни во что не полезет. Мне же родственники рассказали о выплате, которая положена раз в месяц. На содержание, так сказать. Однако я прекрасно знала, как обстояли дела. И, признаться, даже не удивилась, как мать с братом себя повели. Самое смешное, меня это устраивало. Не хотелось глобального раскола. По крайней мере, в то время.

Но теперь всё изменилось. Злоключения в другом мире довели до белого каления. А нынешнее поведение матушки стало последней каплей.

— Папа всё мне рассказал. Еще, когда я училась на первом курсе. Восторга его решение не вызвало. Я даже пыталась отказаться. Но ты его знала не хуже меня. Если что-то решил, это окончательно.

— Не понимаю, о чем ты, — мама продолжала игру.

— Всё ты прекрасно понимаешь. Папа завещал компанию мне, а не раздал всем доли и ежемесячные выплаты. Я знала, что вы врете. Я ничего не предпринимала раньше, потому что не хотела скандалов и судебных разбирательств. Даже после того, как братец попросил меня не работать в компании. Почему? Да потому что меня устраивала моя жизнь!

Так всё и было.

После папиной кончины сама мысль, что придется ВСЁ ЭТО разгребать и воевать с родней, резала ножом по живому. Я предпочла делать вид, что ни о чем не подозреваю. Ушла в тень. Жила сама по себе.

— Но вы меня достали! — объявила я обалдевшей матери. И притихшей, что было ей несвойственно. — Мне плевать на Лидину свадьбу, но рассекать перед журналистами и демонстрировать счастье ради вашего всеобщего спокойствия я не намерена. Если не оставите меня в покое, заберу компанию себе и всех разом отлучу от кормушки.

— Не сможешь, — пробормотала мама, хотя уверенности в голосе не прозвучало. — Юристы…

— Я найму других. Тех, кто не прочь поучаствовать в громком деле. А еще устрою пресс-конференцию и всё расскажу. Как меня-наследницу обокрала собственная семья. Даже если в конечном итоге проиграю, и братцу удастся оспорить папино завещание, этот скандал никогда не забудут. Репутация окажется растоптанной.

Признаться, меня саму не особенно устраивал подобный расклад. Скандалы, суды, журналисты. Я умею защищаться. Но всё ВОТ ЭТО — не мой путь.

Увы, выбора нет. Придется действовать. Главное, чтобы выглядело достоверно.

— Обсуди ситуацию с Анатолием, и решайте, какого исхода хотите, — отчеканила я, пока мама стояла, опираясь одной рукой о стену, и ловила ртом воздух, будто оказалась в вакууме. — Я могу оставить всё, как есть. При условии, что вы все исчезнете из моей жизни. А еще… — я сладко улыбнулась. — Мне понадобится больше денег в месяц. И не только в месяц. Хочу открыть собственное дело.