Книга Пленница Золотых Песков, страница 12 – Тина Солнечная

— Я чувствую, что здесь никто не спрашивает моего мнения.

Он наклонился чуть ближе. Не касаясь, но достаточно, чтобы я чувствовала, как дрожит воздух между нами.

— Моё мнение тоже не спрашивали, — сказал он тихо. — Я звал силу. Я звал свет. Я звал жрицу. А мне прислали тебя.

— Разочарован?

Он задержал взгляд на моих губах. Потом — на глазах.

— Озадачен.

— Привыкай, — сказала я, вскидывая подбородок. — Я вообще женщина сплошных вопросов без ответов.

Он молчал. Но взгляд становился темнее, глубже.

Так смотрят не на сосуд. И не на избранную.

Так смотрят на женщину, которую хочется.

И от этого стало жарко.

Слишком жарко.

— Ты хочешь от меня ребёнка, — сказала я, не отводя взгляда. — В чём смысл? Почему это так важно?

Он молча смотрел на меня, будто взвешивал, стоит ли вообще объяснять. Но потом заговорил:

— Чтобы стать сильнее.

— А зачем тебе сила? У тебя и так гарем, армия, дворец и мраморные полы, по которым я вот только что проскользила, потому что они слишком блестят.

— Этого мало, — его голос был ровным, но в нём звучало напряжение. — Южные земли давно настроены враждебно. Но веками наши силы были равны. Равновесие — это то, что удерживало всех от войны.

Я нахмурилась, внутренне собираясь с мыслями.

— И?

— Недавно юг объединился с западом, — продолжил он. — Они заключили союз. Их армии теперь больше. А их жрецы нашли способ укрепить полубогов. Без жриц. С помощью крови. Пески уже знают вкус огня.

Мурашки побежали по спине. Я вдруг почувствовала, что всё вокруг стало… тише. Даже фонтан за колоннами замер, будто тоже слушал.

— А почему бы тебе не объединиться с восточными? — осторожно спросила я. — Сыграть в ту же игру?

Он отвернулся. На мгновение. Затем снова посмотрел мне в глаза.

— Потому что на востоке — пустота. Безжизненная.

Пески, что не поют, а шипят. Ветры, что не несут жизни. Там — никого.

Ни народа. Ни богов. Только мёртвый песок и проклятие, о котором не говорят даже жрецы.

Я сглотнула.

— Классная у вас геополитика. Плодородие на дефиците, союзники вымерли, враги злятся. И на этом фоне ты такой: «А давай-ка мне божественного малыша».

Он не улыбнулся. Ни тени иронии.

— Мне нужно больше. Чтобы выстоять. Чтобы защитить свой народ. Чтобы не пасть.

А для этого нужна ты.

Нужна твоя кровь, твой свет. Твоё согласие.

Я шагнула чуть назад. Потому что это звучало не как просьба. И даже не как угроза.

Это было заявление факта.

— А если я не соглашусь?

Он не ответил.

Просто смотрел.

И в этом взгляде было всё.

Я прищурилась, сложив руки на груди.

— Слушай, я, конечно, могу многое принять. Допустим, мир другой. Допустим, ты полубог. Допустим, у вас дети как источник силы. Окей, логика у вас своя.

Но вот что непонятно.

Он наклонил голову, наблюдая за мной с тем же вниманием, с каким охотник смотрит на потенциальную добычу, решившую повоспроизводить речь.

— Почему именно я — твоя? Эти жрицы, насколько я поняла, были… универсальны, да? То есть могли дарить силу любому правителю. Почему ты так уверен, что я — именно твоя избранная?

Молчание. Он не отводил взгляда. Лицо — камень, дыхание — ровное. Но в глазах что-то вспыхнуло. Не гнев. Не раздражение.

Что-то более древнее. И чуть пугающее.

— Потому что ничего не изменилось, — произнёс он тихо. — Они действительно были связаны со всеми. Но только тогда, когда боги позволяли. А теперь…