Книга Пышная Света #звездаРунета, страница 34 – Лена Харт

Они пятятся к машинам. Лерочка бросает попытки добраться до туалета и прыгает к фургону на одной ноге. Стас кое-как поднимается, оставляя на земле отпечаток своего тела — современное искусство в жанре «падение эго».

"Коллеги" спешно запрыгивают в машины. Моторы ревут. Колёса крутятся.

Но уехать не так-то просто.

BMW уже основательно увяз в той самой колее, которую оставил «Михалыч». Глубокой, жирной, коварной колее, в которой тонут надежды и городские внедорожники. Колёса беспомощно вращаются, разбрасывая грязь во все стороны и забрызгивая белый фургон. Фургон сдаёт назад и упирается бампером в столб.

— Газу! Газу давай! — орёт кто-то из машины.

Газ. Грязь. Рёв мотора. Никакого движения.

Баба Зина наблюдает за этим цирком, сложив руки на груди.

— Эх, жаль, Климка уехал, — говорит она с притворным сочувствием. — «Михалыч» бы их вытащил. За денежку малую. Или за большую. Как повезёт.

Не дожидаясь финала этой комедии, разворачиваюсь и бегу.

Бегу по деревне в мужской рубахе, как сумасшедшая из фильма ужасов. Не хватает только топора в руках и криков «Вот я вас!». Хотя… идея неплохая. Надо будет обсудить с бабой Зиной.

Грязь хлюпает под ногами. Ветер бьёт в лицо. Рубашка развевается за спиной, как плащ супергероя. Очень странного супергероя. Очень растрёпанного.

Адреналин несёт меня к мастерской Пашки, которая находится по соседству с Климом, единственному островку цивилизации на всю округу. Туда, где по моим ощущениям должен быть интернет. Где я смогу наконец сделать то, что должна была сделать сразу.

Врываюсь внутрь без стука, задыхаясь.

— Паша!

Он сидит, склонившись над разобранным ноутбуком, в наушниках, и его окружает творческий беспорядок из плат, проводов и отвёрток всех размеров. Рядом стоят три недопитые чашки с чаем, а на стене красуется плакат Илона Маска с подписью «Однажды и я», пока на мониторе мелькает какой-то код.

Увидев меня, Пашка срывает наушники с головы, и его глаза округляются.

— Света? Ты чего? За тобой медведь гнался? Или Прохор? Или…

— Хуже, — выдыхаю, хватаясь за дверной косяк. — Коллеги.

— Ох ты ж ёкарный бабай.

— Мне нужен твой интернет. Прямо сейчас.

Пашка окидывает взглядом моё лицо, мои босые ноги, рубашку Клима с узнаваемой заплаткой на локте, а потом встречается глазами с моими, где наверняка полыхает что-то такое, от чего умные люди отходят на безопасное расстояние. Его обычно весёлый взгляд становится серьёзными, потому что он всё понимает без слов.

— Садись, — никаких вопросов, никаких лекций, простое категоричное «садись», произнесённое тоном, который не терпит возражений.

Пашка разворачивает ко мне свой старый, но мощный компьютер, и в углу экрана горит заветный значок спутникового соединения — три полоски стабильной связи, окно в мир, который я так старательно избегала. Сажусь в его кресло, оно скрипит подо мной, а пальцы сами ложатся на привычную клавиатуру.

Открываю свой аккаунт, ввожу пароль и прохожу верификацию, жду, пока загрузится интерфейс. Руки предательски дрожат, а сердце колотится, словно пытается выпрыгнуть наружу и сбежать раньше меня.

Что я делаю?

Я сейчас уничтожу остатки своей карьеры. Меня вышвырнут с работы. Антон меня сожрёт, переварит и выплюнет в виде ещё одного мема.

А плевать!

Нажимаю кнопку «Начать прямой эфир», и в углу экрана загорается красный огонёк, маленький немигающий глаз, который смотрит на меня и транслирует миру то, что видит.