Книга Персонаж, страница 96 – Павел Ковезин

* * *

В один из тёплых вечеров мы с Леной сидели в летнем кинотеатре. По земле были разбросаны мягкие пуфики, на которых отдыхали люди. Небольшой купол защищал экран и людей от моросящего дождя. На улице уже стемнело, сквозь прорези в куполе были видны включённые фонари. Кадры кинофильма мигали у нас перед глазами.

В какой-то момент Лена стукнула меня по плечу. Я бросил на неё взгляд – на ней было летнее желтое платье, она ёжилась на пуфике, укрыв ноги шерстяным одеялом. Со страхом на лице она указывала пальцем на пол возле меня. Я перевёл взгляд и увидел у моей ноги огромного паука, который ползал туда-сюда, доводя Лену чуть ли не до истерики. Отчего-то мне не хотелось его убивать. Не придумав ничего лучше, я взял пустую картонную баночку от съеденного поп-корна и накрыл ей паука. А после улыбнулся Лене, которая, кажется, успокоилась. На время просмотра я и забыл про это жуткое насекомое.

После того, как фильм закончился, я вдруг вспомнил про паука. Интересно, что с ним? Это был паук Шредингера, тайну которого нам предстояло вскоре узнать. Я нагнулся, чтобы поднять заветную банку…

* * *

Тогда было наше самое счастливое и беззаботное лето. Мы ходили по кинотеатрам, смотрели на закаты с крыши высоток и ели вкусное мороженое. Всё изменилось после смерти Лениных родителей. К тому времени наши пути уже разошлись, мы благополучно расстались и не вспоминали друг о друге. Я часто слышал о Лене от наших общих знакомых. И то, что я слышал – пугало меня. С их слов Лена стала замкнутой в себе, она всё время сидела дома, почти ни с кем не общалась, и вела себя, как настоящая сумасшедшая. Но мне не было до этого дела, не было дела ровно до того момента, пока она не позвонила мне. После третьего гудка я поднял трубку и, услышав знакомый голос, мое сердце забилось сильнее.

— Лена? – спросил я. – Откуда у тебя мой номер?

— В справочнике нашла, – быстро ответила она. – Макс, мне нужна твоя помощь.

Всё самое плохое в жизни происходит после звонка от бывших. Как только вы поднимаете трубку и слышите голос, который когда-то был таким родным, ваша жизнь со свистом начинает скатываться в пропасть. Это ловушка, из которой нет выхода.

— Что? Какая помощь? Мы не виделись два года.

— Макс. Мне очень. Нужна. Твоя. Помощь, – делая акцент на каждом слове, каким-то безумным голосом сказала она.

— Послушай, не звони сюда больше никогда. И постарайся разбираться со всеми проблемами сама, – я уже готов был повесить трубку, когда из динамика услышал те самые слова.

— Макс, паук.

Паук тогда было нашим кодовым словом, обозначающим опасность. Каждый раз, когда у Лены возникала какая-то проблема, она называла её пауком, от которого я, как настоящий джентльмен, должен был её избавить. Будь то надоевшие бывшие, с которыми мне нередко приходилось драться, сплетницы-подруги, из наскучившей компании которых я всегда её вытаскивал, или настоящие пауки и прочие мелкие твари, которые оказывались в нашей ванне.

И, сам не знаю почему, я решил прыгнуть в эту пропасть. Узнав от неё адрес, я поехал к Лене на другой конец города. Она жила в небольшом частном домике, доставшемся ей от родителей. Я добрался до неё только вечером, калитка была открыта. Я подошёл и постучал в дверь. Зачем я всё это делаю? Каждую секунду я думал о том, что нужно развернуться и бежать, пока не стало слишком поздно. Через пару минут Лена появилась на пороге. От прежней её красоты не осталось и следа. Когда-то длинные и идеально ухоженные волосы превратились в какой-то хаос. Под когда-то выразительными глазами начинали виднеться синяки. На ней была обвисшая серая майка, коричневые шорты и шлёпанцы.