Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2, страница 60 – Джин Соул

— А-Вэй, что ты делаешь? – спросила Ху Сюань, тронув его за плечо.

Ху Вэй вздрогнул всем телом, быстро глянул на неё. Да, янтарная молния всё ещё была в его левом глазу, Тьма так и не сумела её затянуть.

«Быть может, у А-Вэя есть шанс?» – с надеждой подумала Ху Сюань.

— Жду… – медленно проговорил Ху Вэй.

— Чего ждёшь? – осторожно уточнила Ху Сюань.

Ху Вэй покачал головой, словно и сам не знал ответа.

— Спускайтесь оттуда! – прикрикнул Ху Цзин. – Надвигается гроза! Не хватало ещё, чтобы вас обоих пришибло молнией!

Лицо Ху Вэя исказилось, он схватился ладонью за висок и глухо зарычал.

— А-Вэй? – испуганно воскликнула Ху Сюань.

Ху Вэй замер. Не от окрика. Глаза его широко раскрылись, уставились в оконце портала, губы беззвучно шевельнулись.

— А-Вэй? – встревожилась Ху Сюань.

Ху Вэй вскочил, оттолкнул её и, быстро раздвинув границы портала, прыгнул в него. Портал блеснул и закрылся, прежде чем Ху Сюань успела ухватить брата за руку и удержать.

Ху Цзин послал в мир смертных лис-слуг, но они вернулись ни с чем: Ху Вэй умело запутал следы, они его не нашли, но точно могли сказать, что к Небесным вратам он не отправился.

— Так вернитесь в мир смертных и ищите его, пока не найдёте! – рассердился Ху Цзин, хоть и знал: если Ху Вэй не хочет, чтобы его нашли, сделать это будет практически невозможно. – Я не хочу, чтобы мой сын сгорел от Тьмы где-нибудь в канаве мира смертных! Я хочу, чтобы он доживал своё время дома, в кругу семьи!

Потянулись долгие лисьи дни. Ху Цзин пребывал в отчаянии: неужели он больше никогда не увидит сына? Если Ху Вэй сгинет в мире смертных, то некому будет провести достойное погребение его останков. После смерти он превратится в лису, а дохлых лис люди мира смертных не жалуют: его выкинут на помойку или сожгут вместе с мусором. При мысли об этом старый лис буквально взвыл.

В тот день хвост у него разволновался сильнее прежнего. Ху Цзин приглаживал его битый час, но шерсть так и ходила волнами.

«Не к добру», – подумал старый лис. Он выпил успокаивающее снадобье и чарочку лисьего вина, чтобы подсластить пилюлю.

— Сяован вернулся! – выпалил лис-слуга, врываясь к нему даже без стука.

Ху Цзин вскочил и, забывая про ломоту в костях, помчался к воротам поместья. Ему показалось странным, что лисы-слуги возбуждённо тявкают. Лисье тявканье доносилось отовсюду, будто все лисы мира демонов принялись тявкать одновременно.

«Что они так всполошились?» – удивился невольно Ху Цзин и тут же забыл об этом.

Ху Вэй вернулся! Ху Вэй ещё жив! Ни о чём другом старый лис и думать не хотел.

— Пришли, Фэйцинь, – сказал Лис-с-горы, крепко удерживая Ху Фэйциня за плечи и талию. – Фэйцинь? Ты меня слышишь, Фэйцинь?

Ху Фэйцинь не слышал: сознание медленно покинуло его. Он отяжелел, обмяк, и Ху Вэй подхватил его на руки, беспокойно приглядываясь и принюхиваясь. Запах крови усилился, Лис-с-горы разглядел проступившее на одежде красное пятно.

— А-Вэй!

Ху Вэй поднял голову и увидел, что в воротах появился Ху Цзин. Челюсть старого лиса тряслась, он был очень взволнован.

— Отец… – проговорил Ху Вэй, делая шаг к воротам.

Ху Цзин поначалу не обратил внимания на то, что Ху Вэй держал в руках. Он неотрывно смотрел на лицо сына, вернее, на его глаза. В левом сквозь Тьму пробивалось янтарное сияние и было очень ярким и сильным.