Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 2, страница 109 – Джин Соул

Медитировать в полной тишине и темноте было даже удобно, но Ху Фэйциня беспокоило стойкое ощущение, что в темнице есть кто-то или что-то ещё. Ему начало казаться, что он ощущает на себе чей-то взгляд. Кто-то смотрел на него из темноты. Кто-то или что-то. Или он себе это надумал? Лисий слух темноте не был подвластен, и Ху Фэйцинь точно был уверен, что не слышит ничего, кроме собственного дыхания и моргания век. Ни одно существо на свете не способно было не дышать и оставаться живым. Чужих запахов в темнице тоже не было, только его собственный, густой запах крови и пота, затхлость подземелья, чуть прелый дух соломы и кислый запах железа, опутывавшего его.

«Показалось», – решил Ху Фэйцинь и прикрыл глаза, возвращаясь к медитации.

Сколько-то времени он провёл в тишине, потом распахнул глаза, вздрогнув всем телом и ощутив холодную волну, прокатившуюся под кожей.

Он услышал посторонний звук, не исходящий от него самого: вдох, пауза, выдох. Там, в темноте, кто-то принюхивался. К нему.

Ху Фэйцинь замер. Испугом это не было, но неизвестность неприятно отозвалась внутри. Лисье пламя притихло, и даже как будто съёжилось, и горело совсем тихо.

Вдох, пауза, выдох. И снова наступила тишина, долгая, напряжённая, болезненная.

Ху Фэйцинь подумал, что у него галлюцинации. Дело в той горошине, что дал ему тюремщик? Или в воду было что-то подмешано? Это может быть частью его наказания…

Он прислушался. Ничего. Только его собственное дыхание, которое несколько участилось.

Потянулись долгие секунды, минуты. Ху Фэйцинь прислушивался, пытался приглядываться. Ничего.

Он едва слышно выдохнул. Всё-таки показалось. Темнота могла искажать восприятие, и он принял своё собственное дыхание за чьё-то ещё.

Лучше вернуться к медитации.

И вот тут из темноты раздался голос – низкий, с лёгким скрежетом на согласных звуках, точно ему приходилось продираться сквозь темноту, как лезвию меча сквозь металлическое полотно.

— Кто ты? – спросил кто-то.

Волоски на теле Ху Фэйциня встали дыбом. Не показалось! В темнице есть ещё кто-то!

Волна страха накатила и схлынула.

«Что это я? – подумал он. – Это же темница. Глупо было предположить, что лишь я один в неё заключён».

Он облизнул пересохшие губы, прочистил горло и ответил:

— Небожитель.

— Хм… – протянул кто-то. – И что ты сделал?

Ху Фэйцинь благоразумно решил, что не стоит рассказывать слишком много неизвестно кому, поэтому ответил:

— Ослушался Небесного императора. А ты кто?

— Небожитель, – ответил кто-то.

— И что ты сделал?

— Небесный император счёл меня угрозой, – сказал кто-то после недолгой паузы.

Воцарилось молчание. Ху Фэйцинь несколько успокоился, сердце его билось уже не так быстро.

Вдох, пауза, выдох. Потом вопрос:

— И кто же ты?.. Никак не могу понять.

— Небожитель, я ведь сказал, – осторожно повторил Ху Фэйцинь. Быть может, этот кто-то в темноте уже сошёл с ума, потому и задаёт одни и те же вопросы?

— Хм… – отозвался кто-то. – В тебе столько всего намешано. Сомневаюсь, что ты лишь небожитель.

— Почему ты так решил? – ещё осторожнее спросил Ху Фэйцинь.

— Твой запах. Ничего подобного мне ещё не встречалось. Очень странно.

— Запах? – поразился Ху Фэйцинь. – Разве небожители могут различать запахи?