Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 45 – Джин Соул

Юн Гуань погрузился глубже в тени и вернулся в Великое Ничто, забыв, что собирался наслаждаться «лимонной рожей» Небесного императора. И когда он вернулся, Великое Ничто заиграло такими красками, каких Шу Э ещё никогда не видела.

Юн Гуань влюбился.

Хуашэнь-хоу открыла глаза. Она пробыла в медитации несколько небесных месяцев, пытаясь вернуть себе духовное равновесие, нарушенное событиями церемонии Становления. Её и без того слабое здоровье пошатнулось, и небесные лекари прописали ей медитативное затворничество. Она подчинилась и ничего не знала ни об исчезновении императрицы, ни о пропаже, а потом и возвращении Тайцзы и заточении его в Небесную темницу, ни о планах отца на её собственный счёт. Вернулась из астрала Вторая принцесса примерно в то же самое время, когда Ху Фэйцинь планировал побег из Небесной темницы, сговорившись с Тьмой и Лао Луном.

В реальность её вернул грохот военных барабанов. Хуашэнь-хоу открыла глаза, лоб её прорезала вертикальная морщина. Она никогда прежде не слышала военных барабанов, но сразу поняла, что это они. Отец объявил войну! И Вторая принцесса нисколько не сомневалась, кому.

Вторая принцесса поднялась с подушки, налила себе ковшиком воды из бочки, напилась. Она практиковала Инедию, но жажду утоляли лишь настоящей водой. Пересохшее горло ожило, губы напитались прохладой.

«Нужно выяснить, что происходит, – подумала Хуашэнь-хоу, переодеваясь; медитировала она лишь в нижнем одеянии. – Войну нельзя развязывать. Если я обращусь к небесным советникам, быть может, удастся её предотвратить».

Вторая принцесса была уверена в своих силах. В Небесном дворце её уважали, к ней прислушивались. Она могла бы легко занять любую должность, даже стать наследницей престола, если бы захотела, но посты и ранги её нисколько не интересовали. Она занималась медитацией и культивационными практиками, постигала Дао Просветления. Небесный взор уже открылся ей, и об этом знал только младший брат. Вторая принцесса не торопилась никому рассказывать, не желая лишнего внимания к своей персоне. Она полагала, что вот-вот овладеет техникой Грядущего – дар предвидения, следующая ступень Небесного взора и первая на пути к обожествлению.

Но её физическое здоровье не позволяло ей ускорить темп культивации: она вынужден была прерываться на подобные медитативные затворничества или навеянный благовониями сон, который мог длиться до нескольких недель.

Хуашэнь-хоу открыла двери своего павильона и вышла на крыльцо, вернее, попыталась выйти на крыльцо, но за порогом стояли стражники и преградили ей путь, скрестив перед нею копья. Вторая принцесса поглядела на оружие, поглядела на стражников. Казалось, они сгорали со стыда, что им приходилось так поступать.

— Что это значит? – сухо спросила Вторая принцесса, хотя где-то глубоко внутри уже знала ответ.

— Вторая хоу, – сказал правый стражник, чуть не плача, – зайдите обратно в павильон.

— Я хочу знать, что происходит, – твёрдо возразила Хуашэнь-хоу, не двигаясь с места. – Почему прозвучали военные барабаны?

— Вторая хоу, – голос левого стражника дрогнул, – я вас на коленях умолять готов, зайдите обратно. У меня дети, я не хочу оставить их сиротами.

— Вторая хоу, – присоединился правый стражник, – зайдите обратно.