Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 3, страница 14 – Джин Соул

Ху Вэй со значением хмыкнул, но выражение озабоченности с его лица никуда не делось. Демоны коварны, он прекрасно это знал, потому что и сам был демоном. Они даже попытались оспорить его метку, назвав её всего лишь «знаком первоочерёдности». Он издал негромкое, но внушительное рычание и, схватив Ху Фэйциня за плечи, сказал:

— Завтра первым же делом продемонстрируешь им свою силу. Мне кажется, они не осознают, с кем имеют дело.

— А с кем они имеют дело? – осторожно спросил Ху Фэйцинь.

Ему интересно было послушать Ху Вэя, тот относился к нему снисходительно, вечно тыкал носом в очевидное, как молочного лисёнка. Кем или чем он его видел?

Ху Вэй ответил суховато:

— С богом. Пора напомнить им о настоящей иерархии трёх миров.

— Ну, – задумчиво протянул Ху Фэйцинь, – иногда мне кажется, что все эти иерархии и яйца выеденного не стоят.

— Это ещё почему? – нахмурился Ху Вэй.

— Я ведь Лисий бог, так?

— Хм… так.

— Меня слушаются все лисы, даже твой отец, так?

— К чему ты клонишь?

— А к тому, что единственный, кто меня не слушает, – это ты.

— Тьфу, а я-то думал, что-то путное скажет… – пробормотал Ху Вэй.

Ху Фэйцинь свёл брови у переносицы:

— На что это ты намекаешь? Что я несу чушь?

— Как обычно, – кивнул Ху Вэй. – Но если ты настаиваешь… Я не считаю тебя богом, как остальные лисы. Я слишком хорошо тебя знаю, чтобы так считать. Я знал тебя ещё Куцехвостом. Повышение в ранге – как шкура после линьки: причесали, прилизали – гладенькая!

Ху Фэйцинь поджал губы, скрывая разочарование. Значит, сладу с ним не будет…

Ху Вэй толкнул Ху Фэйциня к кровати:

— Ложись спать.

Ху Фэйцинь даже удивился, что после такого дня решено было отправиться ко сну без вечерней медитации, но и спорить не стал. Ху Вэй опустился на подоконник, глаза его перебегали с предмета на предмет, он о чём-то сосредоточенно размышлял. Ху Фэйцинь незаметно для себя задремал.

Ху Вэю было о чём подумать, и он думал до часа, пока в небе не засеребрилась луна. Тогда он слез с подоконника, подошёл к Ху Фэйциню и встряхнул его за плечо. Тот разлепил глаза, недовольно поглядел на нарушителя сна.

— Вставай, – велел Ху Вэй, – покажу тебе кое-что.

— А обязательно ночью? – недовольно спросил Ху Фэйцинь и так зевнул, что чуть не вывихнул челюсть.

— Обязательно, – категорично сказал Ху Вэй.

Ху Фэйцинь вздохнул. И что хорошего в том, чтобы быть Лисьим богом, если не можешь справиться даже с одним назойливым лисом?

Ху Фэйцинь плёлся за Ху Вэем, беспрестанно зевая и протирая глаза. Если он сильно отставал, Ху Вэй брал его за руку и тащил. Привёл он его на самые окраины поместья, к постройке, которую Ху Фэйцинь не сразу разглядел: её окружал густой клубящийся туман, только конёк крыши торчал и флагшток. Воздух здесь пах иначе. Ху Фэйцинь едва не чихнул, Ху Вэй зажал ему нос пальцами.

— Тише, – страшным шёпотом сказал он, – никто не должен знать, что мы здесь.

Ху Фэйцинь предположил, что это какое-то тайное, а может, и запретное лисье место, вроде лисьего святилища, куда разрешено входить только лисам определённого ранга. Но он не мог припомнить, чтобы среди лис поместья были лисы-священники.

Ху Вэй взял Ху Фэйциня за руку и втянул в туман. Глаза у Ху Фэйциня чуть заслезились. Пахло серой.