Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 383 – Джин Соул

Когда Мышиный бог узнал об этом, то брякнулся в обморок, очнулся и снова брякнулся, а потом, собрав мышиные хвостики в качестве доказательств, отправился жаловаться Небесному императору. Ли Цзэ не успел среагировать вовремя, и Мышиный бог засыпал жалобами и мышиными хвостиками Ху Фэйциня.

Ху Фэйцинь, как показалось Ли Цзэ, не сразу понял «масштаб мышекатастрофы». И то верно, новый император был пусть и демонической, но все же лисой, а лисы охотятся на мышей и не видят в том ничего предосудительного. Недоуменная морда лисьего духа только подтверждала это.

Когда Ху Фэйцинь понял, что произошло, то страшно смутился и пробормотал, что лисьего духа в том винить нельзя, поскольку он сделал это в качестве приношения Лисьему богу. Мышиный бог, услышав это, притих, а потом с непонятным воодушевлением воскликнул:

— Мышеприношение?

Небесный император неуверенно кивнул. Мышиный бог тут же повеселел и развил бурную деятельность, пытаясь внести в Небесное Дао пункт о регулярном мышеприношении в честь Лисьего бога, но Ху Фэйцинь поспешно сказал:

— Ни за что! Никаких мышеприношений!

Мышиный бог и лисий дух явно были разочарованы столь категоричному отказу.

Потом лисий дух захватил небесные сады и прилисил, как сам выразился, должность небесного садовника. Придраться было не к чему, дело он свое знал и цветы любил, но, вопреки элементарным приличиям, переметил каждое дерево и под каждое подрылся, а потом подрылся и вообще под весь дворцовый комплекс.

Лисьи норы появлялись в самых неожиданных местах, и небожители снова пошли к Ли Цзэ жаловаться: у кого-то пол в доме провалился, кто-то угодил ногой в нору и получил увечье. Ли Цзэ сказал, чтобы они зарыли мешающие им норы, а не отвлекали бога войны по пустякам. Небожители засмеялись его наивности и сказали, что на месте зарытой норы сразу появляется две, а то и три новых, так что зарывать бесполезно. К тому же лисий дух заручился поддержкой Кротовьего бога, и они оба возвели под землей такие галереи, что страшно даже представить, что будет, если они все вдруг обрушатся. А самое главное, делается это с молчаливого одобрения императора, который, превратившись в лиса, нередко совершает вылазки в эти лисьи норы, чтобы, как он сам выразился, «размять лапы».

По счастью, Недопесок свое дело знал, и ни один лисий ход не обрушился. Ли Цзэ честно пытался поговорить с лисьим духом насчет его подкопайства, но лисий дух его почему-то боялся и сразу прятался в упомянутых норах, а то и вовсе под подол Небесного императора. Ли Цзэ это огорчило: неужели он такой страшный?

На самом деле Недопесок скорее смущался, чем боялся. Ему всегда нравилось «обмурдирование», а бог войны, не снимавший доспехов, казался ему верхом совершенства и, без преувеличений, божеством, и когда такая важная персона попыталась с Недопеском заговорить… Его можно понять.

Ли Цзэ подумал, что разговор придется отложить, пока лисий дух не обвыкнется на Небесах и не перестанет его бояться, потому небожители получили следующую резолюцию: «Норы не трогать, смотреть под ноги».

А уж когда на Небеса явился Владыка демонов, еще нахальнее и лиснее, чем император и лисий дух вместе взятые…

На Небесах вскоре стало одним лисом больше: в Небесный дворец явился Владыка демонов. Явление это было из разряда невероятных событий: никогда еще не бывало, чтобы Аура миров пропустила демона на Небеса, не подпалив ему при этом шкуры.