Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 330 – Джин Соул

— Я так и знал, – кисло отозвался Янь Гун.

— Приглядывай за Су Илань, – велел Ли Цзэ, крепко сжимая плечо евнуха. – Министры затаились, но я им не верю. Помни, Гунгун, если с Су Илань что-то случится, я тебе голову сниму.

— Да что с этой змеюкой может случиться? – проворчал Янь Гун вполголоса, но громко и церемонно ответил: – Яньжэнь повинуется.

Ли Цзэ вместе с войском покинул столицу через несколько дней. До царства Цюэ они добрались за две недели. Царство Сы к этому времени успело занять несколько пограничных застав, но на этом «славные деяния» новой династии и закончились. Ли Цзэ не понадобилось много времени, чтобы отбить пограничные города и разбить войска царства Сы. Он этим не ограничился, дождался подкрепления из Диких Земель и вторгся в царство Сы.

Войскам Десяти Царств хватило всего полтора месяца, чтобы царство Сы пало. Видно, новую династию люди недолюбливали, поскольку охотно сдавались в плен и сдавали города. Столица не была исключением и сдалась без боя. Царь Сы позорно бежал, но его схватили свои же и убили.

Ли Цзэ разыскал наследников предыдущей династии – они томились в темнице – и вернул им трон. Мирный договор между царствами был перезаключен, Ли Цзэ даже побратался с новым царем Гу, который клялся в вечной верности и дружбе своему спасителю: он с братьями и сестрами ожидал казни со дня на день, так что, без преувеличений, был обязан Ли Цзэ не только возвращением трона, но и жизнью.

Покончив с этим, Ли Цзэ вернулся в столицу.

Въехав в ворота дворца, он резко остановил коня и воззрился изумленно и с неприятным холодком в душе на Янь Гуна и двух министров, которые при виде царя пали ниц и принялись биться лбами в землю.

Ли Цзэ слегка вздрогнул, спешился и сурово, но с замирающим сердцем сказал:

— Что?

— Прости, Цзэ-Цзэ, – дрожащим голосом сказал Янь Гун, не поднимая головы, – я не уследил.

Ли Цзэ похолодел. С Су Илань что-то случилось!

Ли Цзэ скрипнул зубами, схватил евнуха за шиворот и потащил за собой. На Янь Гуне лица не было: он помнил, что царь говорил ему перед отъездом, и теперь трясся от страха, что Ли Цзэ разделается с ним, даже не выслушав. Но Ли Цзэ дотащил его до павильона Феникса и зашвырнул в покои Хуанфэй, двери в которые были сиротливо распахнуты, а потом зашел сам и так глянул на крадущихся следом министров, что они подобрали подолы и умчались прочь с необыкновенной для их возраста прыткостью.

— Где Су Илань? – сурово спросил Ли Цзэ.

— Я не уследил, – сказал Янь Гун и вновь попытался удариться лбом в пол, но Ли Цзэ опять схватил его за шиворот и так вздернул на ноги, что у евнуха одежда затрещала.

— Разбить себе голову ты всегда успеешь, – сказал Ли Цзэ с угрозой, – и я даже тебе в этом помогу, будь уверен. Отвечай! Что они с нею сделали?!

— Кто? – не понял Янь Гун.

— Министры!

— Они ни при чем, – помотал головой Янь Гун. – Эта змеюка сбежала.

— Я ведь запретил тебе так ее называть, – гневно начал Ли Цзэ, но тут же осекся и широко раскрыл глаза. – Что ты сказал?

Евнух поежился и стал рассказывать.

Через неделю после отъезда Ли Цзэ царская наложница, по обыкновению, затворилась на три дня в покоях Хуанфэй. Это никого не удивило, Янь Гуна тоже: от Ли Цзэ он знал, когда и для чего змеиный демон скрывается от всех, – поэтому евнух честно ждал три дня. Обычно после трехдневного затворничества Юйфэй выходила в сад и часами сидела на камне под солнцем, если день был ясный. Четвертый день как раз был ясный, но Юйфэй не вышла. Янь Гун пошел проверить и обнаружил, что покои Хуанфэй пусты. Змеиный демон сбежал.