Книга Девять хвостов бессмертного мастера. Том 5, страница 135 – Джин Соул

Остальные уже собрались, когда Гу Ши пришла. Окинув их быстрым взглядом, Седьмая пришла к выводу, что все они, кроме нее самой, уже знают причину, по которой им велено было явиться к Гу Ляну. Не иначе как задумали общую пакость против нее.

Все они были взвинчены, особенно Гу У. Вероятно, именно он был зачинщиком. Гу Ши выгнула бровь. Ничем насолить ему она не могла, почему же и он против нее ополчился?

Но Седьмая ошибалась, дело было вовсе не в ней.

— Гу Ши, – ласково сказал Гу Лян, и Седьмая сразу насторожилась: мед в голосе владык ада не предвещал ничего хорошего, уж она-то знала. – Ты еще не слышала новости? Мы нашли Великого!

Глаза Гу Ши широко раскрылись.

— Великого? – переспросила она, не веря своим ушам. – Великий нашелся? Где он?

— Хм… – кашлянул Гу У, – в том-то и дело, где…

— Расскажи ей все, что узнал, – велел Гу Лян, и Гу У рассказал.

В Пятый предел особым распоряжением Владыки сфер отправили душу грешника-небожителя. Гу У распоряжался такими – теми, кто утратил право на перерождение и обречен был на вечные муки в аду за грехи.

Надо заметить, не так уж и много было у Гу У «постояльцев»: чтобы попасть в Пятый предел ада, нужно было совершить немыслимые по своей чудовищности поступки.

Грешник-небожитель, которого прислали Гу У, был повинен в неоднократном нарушении Великого равновесия и прочих мерзостях, от которых даже у Гу У скулы свело, на что уж он был привычен к подобному. Список преступлений грешника-небожителя был таким длинным, что пришлось зачитывать его несколько адских часов. Удивительно даже: всего одна жалкая душонка, а столько бед натворила!

Этот грешник-небожитель был прежде Небесным императором и вел себя вызывающе, пока Гу У не объяснил ему, как в аду дела обстоят. Как быстро несколько сломанных костей меняют умы и настроения!

Гу У был так занят вразумлением неразумной душонки, что не сразу заметил прицепившуюся к ней остаточную ауру Великого. Это была крохотная ниточка, тоньше волоска и короче песчинки, но совершенно точно принадлежала Великому. Гу У и сейчас держал ее на ладони с таким пиететом, точно это была не ниточка, а отрубленный палец.

— И? – спросила Гу Ши. – Ты выяснил, где эта душонка подцепила ауру Великого?

Гу У сделал постное лицо:

— Нет. Он несет околесицу, а я не мастер в допросах. В моем пределе души не допрашивают, а пытают.

— Ясно, – сказала Седьмая и покривила губы в насмешливой улыбке. – И вы решили, что без меня не обойдетесь.

— Никто из нас не допрашивает души так умело, как Седьмая, – выдохнул Гу Лян. – К тому же ты женщина.

— А это здесь причем?

— Обольстишь его, он тебе все и расскажет.

— А почему бы тебе самому не вырядиться в женские тряпки, – прошипела Гу Ши, – и не задрать перед ним подол?

Лицо Гу Ляна вытянулось.

— Седьмая! – Тон его переменился, стал полным льда. – Ты обязана подчиняться моим приказам. Ты совершила проступок и была наказана. Неподчинение приказам тоже является проступком и подлежит наказанию.

— Точно, точно, – поддакнули остальные восемь владык.

Гу Ши пренебрежительно фыркнула и высоко вскинула голову:

— Хороши вояки! Ополчились против одной женщины, а сами даже с жалкой душонкой справиться не могут!

От этих слов перекосило уже всех восьмерых.