Книга Пучина Сирены, страница 16 – Марта Уэллс

— Слезь с него.

Второй воин поднял голову и оскалился. Это был Обруч, тоже из прихвостней Жемчужины. А его брата, оставшегося в стороне и с ухмылкой следившего за потасовкой, звали Ясный. Обруч сказал:

— А что такого? Мы же просто веселимся.

Больше всего неприятностей Луну доставляли молодые воины. Воительницы и самцы постарше обычно проводили время за занятиями поспокойнее, но у молодых это почему-то категорически не получалось.

Кроме того, Лун почти сразу выяснил, что у него нет ни капли терпения на препирательства с ними. Насмешливую ухмылочку Обруча он вынести не мог. Лун схватил его за горло и отшвырнул в сторону.

Обруч приземлился примерно в двадцати шагах в стороне и проскользил по гладкому, отполированному полу. Виток ухватился за возможность и отполз в сторону. Но Ясный бросился вперед и остановился всего в шаге от Луна. Когда Скверны напали на старую колонию, Ясный был ранен и попал в плен. Из-за этого он пропустил битву и все те события, которые показали бы ему, что Лун – далеко не самая легкая и безобидная мишень. Воин зарычал:

— Интересно, чего ты стоишь без защиты своей королевы, одиночка.

Лун сделал шаг, подойдя к нему вплотную. С обманчивым спокойствием он произнес:

— Моей королевы здесь нет. Вот и узнай. – Он уже привык к тому, что почти в любой перепалке его клеймили одиночкой, но все равно ощутил покалывание под кожей, когда шипы на его спине и голове поднялись, а гребни встопорщились.

Поняв, что запугать Луна не вышло, Ясный подался назад и неловко повел шипами. Он сказал:

— Не хочу тебе кости переломать.

Лун насмешливо зашипел и, чтобы подчеркнуть свое превосходство, принял земной облик. Пройдя мимо Ясного, он зашагал на противоположный конец зала, к лестнице. Со спины на него никто не набросился, дураков не нашлось. А жаль. Хорошая потасовка приподняла бы ему настроение.

Лун спустился по лестнице в чертог учителей и свернул к яслям. Когда он ступил в круглый проем, украшенный резными изображениями маленьких арборов и окрыленных, его встретил восторженный, визжащий и пищащий хор. Ради этого можно было снести многое.

* * *

На следующий день Лун снова полетел с охотниками. Елея, Звон и еще несколько воинов отправились вместе с ними. Жемчужина потребовала, чтобы они первым делом прочесали окрестности и убедились, что нигде поблизости не притаились другие хищники с щупальцами.

— Да я и так собирался этим заняться, – поведал Луну Крестец перед началом охоты. – А то ту тварь даже на мясо пустить не получилось.

К древу они вернулись на закате. Воины остались, чтобы помочь арборам перетащить добычу, а Лун сразу же полетел внутрь. Оказавшись в приемном зале, он понял, что в колонии что-то случилось. Все воины, не полетевшие на охоту, сновали туда-сюда по верхним этажам, а арборы, собравшиеся у фонтана, о чем-то напряженно разговаривали. Бубенчик, глава касты учителей, увидел Луна и поспешил к нему. Лун взволнованно спросил:

— Что случилось? – Снаружи, у дупла, он не видел ничего подозрительного.

Бубенчик был братом Звона, родившимся с ним в одном выводке, но в земном облике Лун почти не видел между ними сходства. Волосы Бубенчика были темными, а кожа скорее коричневой, чем бронзовой. Он сказал:

— Пока тебя не было, к нам прилетали гости. Королева из Изумрудных Сумерек.