Книга Пучина Сирены, страница 122 – Марта Уэллс

— Но выбора-то и правда не было, – напомнил ей Лун. – Арборы не хотели уходить из старой колонии, пока ты не нашла себе консорта. Поэтому-то Утес и полетел на поиски.

— Когда напали Скверны, это стало неважно. Если после всех несчастий кто-нибудь из арборов стал бы требовать, чтобы мы остались, Жемчужина с радостью бы их там бросила.

Лун сомневался, что Жемчужина или тем более Нефрита пошли бы на это.

— Хорошо, я оказался первым консортом в твоей жизни, который не был твоим сородичем. Ну и что? Это неважно. – Когда она собралась возразить, Лун прибавил: – Все хорошо.

— Нет, не хорошо. – Она оскалилась. – Если бы я только могла тебе доказать, я бы это сделала.

Лун потер глаза. Выводок стал бы хорошим доказательством, но Нефрита явно была не готова признать, что он не мог дать ей птенцов.

— Тебе ничего не нужно доказывать.

— Я могу тебя украсть.

Лун хотел было сказать, что это уже не смешно, но, увидев выражение на ее лице, промолчал. В последний раз, когда он видел Нефриту такой, ему пришлось уговаривать ее не убивать Тишину, сестру Бури. Он произнес:

— Ты не можешь украсть меня у Малахиты.

Она без тени сомнения ответила:

— Могу.

Луну хотелось бы на это посмотреть, но времени у них не было. Он твердо сказал:

— Скверны вот-вот нападут на Пределы. Если попытаешься меня украсть, то я сделаю все, чтобы ты больше никогда не смогла спать спокойно.

Нефрита прищурилась.

— У меня будут помощники.

— Кто, воины? – Лун презрительно фыркнул. – Смешно.

В груди Нефриты заклокотал рык, и несколько секунд она смотрела ему в глаза. Затем ее плечи и шипы обреченно поникли, и она отвела взгляд.

— Ладно. Что ты тогда хочешь сделать?

— Спасибо, что наконец-то спросила. – Вот только вопрос был непростой, ведь Лун сам не знал, что нужно делать. – Я не могу улететь отсюда, пока эта стая Сквернов жива.

— Я могу предложить помощь в битве с ними в обмен на тебя. – Нефрита подперла рукой подбородок, и выражение ее лица стало язвительным. – Уже представляю, что скажет твоя родня. Кажется, больше меня твоя мать ненавидит только тех Сквернов, которые напали на ее двор.

Лун бы возразил, но Нефрита, похоже, была права.

— По ней трудно сказать.

— Да нет, не трудно. – Она кисло поморщилась. – Утес на меня злится.

— Точно на тебя? Может, он просто злится.

— Нет, именно на меня, – с мрачной уверенностью ответила Нефрита. – Он считает, что я с самого начала этой истории все делаю неправильно. Мне казалось, я знаю, как должны поступать королевы, но выходит, что это далеко не так.

Лун снова вспомнил, что Нефрита молода; возможно, даже младше него. Он с трудом определял возраст других раксура, ведь их зрелость не всегда зависела от количества прожитых циклов. Впрочем, с земными обитателями дело обстояло так же.

— Я думаю, ты многое знаешь, просто… – Он потер лоб, чувствуя приближение головной боли. День выдался длинным и очень напряженным. – Сейчас тебе нужны другие знания. Кстати, а где Утес?

— Надулся и куда-то ушел. – Она обеспокоенно смотрела на Луна. – Ты сегодня ел? Или снова голодаешь?

— Не голодаю я, – раздраженно буркнул он. – Я почти весь день летел и устал.

— Да, но… – Нефрита замолкла. Взяв Луна за руку, она потянула его за собой. – И все же пойдем, найдем тебе что-нибудь.

Она повела его по коридору в кают-компанию и распахнула дверь. Делин, Звон, Елея, Флора, Корень и Песня сидели за столом; они замолкли, едва Нефрита и Лун появились на пороге. На столе стояли блюда, а на одной тарелке лежала кучка костей – похоже, они ели свежеубитую тушку. Хорошо, что Делина, в отличие от многих других земных обитателей, ничуть не пугало то, как раксура едят сырое мясо. Однако Луна затошнило, едва он увидел кости, и его желудок больно свело, причем явно не от голода. «Молодец, ты и правда себя довел. Тебе снова дурно», – подумал он. Только Лун не понимал, как это случилось, ведь он совсем недавно, утром, ел вместе с Селадонной, Утесом и воинами.