Книга Край миров, страница 41 – Марта Уэллс

— Охотники сегодня работают со шкурами, и она захотела посмотреть, – ответил Шип.

Лун нахмурился.

— Она хочет научиться дубить шкуры?

Он одобрял эту затею, но счел немного странным, что Стужа заинтересовалась подобным занятием.

Горький искоса поглядел на Луна, явно поражаясь его наивности.

— Нет, она хочет выяснить все про земных обитателей и летающую лодку, и знает, что охотники обязательно будут говорить об этом, – терпеливо ответил Шип.

Это походило на правду гораздо больше.

— Ах вот как. Вы знаете об этом?

Горький вздохнул и закатил глаза, а Шип сказал:

— Все знают. По крайней мере, хоть что-нибудь слышали. Стужа расскажет нам остальное. – Серьезно глядя на Луна, он продолжил: – Ты отправишься сражаться со сквернами, пока они не проникли в древний город земных обитателей и не явились сюда напасть на нас, как в том сне, который все видели.

Лун покачал головой.

— Я пока не знаю, отправлюсь или нет.

Шип и Горький удивленно уставились на него, затем Горький слегка шлепнул Луна по голове.

— Ты должен, – сказал Шип. – Вдруг что-то случится с Нефритой? Звон летит? – Горький что-то зашептал на ухо Шипу, и тот сказал вслух: – Горький говорит, в последний раз, когда ты отпустил их без присмотра, случилось нечто ужасное.

Лун поморщился.

— Шип…

Шип был мягким, проницательным и упорным – прекрасные качества для консорта, но не в том случае, когда не хочется отвечать на его вопросы.

— Ты боишься оставить нас и другой свой выводок? – продолжил Шип. – Они еще слишком малы, чтобы что-то понять. Они будут скучать, но не станут злиться, когда ты вернешься, и даже не запомнят, как долго ты отсутствовал. Так было с нами в этом возрасте.

— Приятно это слышать, – сказал Лун.

Значит, если его убьют, они не слишком огорчатся. Не очень утешительная мысль.

Горький снова что-то шепнул, и Шип произнес:

— Горький думает, ты боишься оставить нас. Нам не нравится, когда тебя нет рядом. Но прошло уже много времени с тех пор, как ты уходил в последний раз. Поэтому… думаю, с нами все будет в порядке.

К ним подскочила Сапфира, бросила в грудь Горькому потрепанную куклу и снова убежала. Туман примчался вернуть игрушку, и вот уже Горький и Шип утонули в куче птенцов и малышей-арборов.

Спустя некоторое время Лун неохотно напомнил себе, что Нефрита, должно быть, уже закончила разговор с Жемчужиной, и отправился на королевский уровень.

Он нашел Нефриту в ее опочивальне. Она уже разложила письменные принадлежности и с нетерпением ждала его.

— Как Жемчужина? – спросил он, садясь у очага.

— Злится. – Судя по выражению лица Нефриты, она не видела в этом ничего нового. – Она еще не дала мне ответа. С ней был Уголек, кивал и говорил разумные слова, так что это лучшее, на что мы можем надеяться.

Уголек умел кивать и говорить королевам разумные слова. В этом заключалась значительная часть обязанностей консорта, с которой Лун справлялся не особенно хорошо. Но раз уж речь зашла об этом, он спросил:

— Почему ты так разозлилась на капитана Рорру? Ты за что-то ненавидишь морских обитателей?

— Конечно же нет. Я их даже ни разу не видела. – Нефрита раздраженно обнажила клыки. – Честно говоря, не знаю. Просто в ней есть что-то… странное. Мне хотелось сбросить ее с платформы еще до того, как она раскрыла рот.