Книга Предел выживания, страница 195 – Николай Метельский

Следующая атака началась только через полчаса, и я жопой чуял, что она станет решающей. Сначала кентавры с помощью артиллерии обстреляли северную часть здания, из-за чего нам пришлось уйти оттуда. Повезло ещё, что первые снаряды никого не задели. Когда именно закончится обстрел, я не знал. Проблема была в том, что если мы ошибёмся и вернёмся в зал, по нам может прилететь неприятный подарок. А если затормозим, то зал захватит противник. Я на всякий случай даже позвал по паре человек с западного и южного направлений, чтоб проще было отбивать зал. В общем, пришлось рисковать, и стоило только артиллерии кентавров ненадолго замолчать, мы тут же вернулись на свои позиции, сходу вступив в бой. В первые минуты я считал, что нам повезло, но чем дольше длился бой, тем яснее становилось, что с моей стороны нас не особо-то и давят. А минут через десять боя со мной связался Мюллер, вопя о том, что с его стороны прут толпы кентавров с техникой. Короче, я попал в патовую ситуацию — с севера пехоте кентавров атаковать удобнее всего, но здесь практически никого. Однако, это не означает, что они просто ждут удобного момента. С другой стороны — на западе, судя по всему, идёт основное наступление, да и Брукс на юге говорит, что их сильно давят. Логически рассуждая, даже при том, что у кентавров есть бойцы, они не могут в одинаковой степени давить со всех сторон, так что, скорее всего, главное направление их атаки — это запад. Возможно для этого они и обстреляли север из артиллерии, рассчитывая на то, что я подтяну туда больше людей, оголяя остальные фланги. Но, чёрт возьми, это всё слишком очевидно. Или на это и расчёт? Может быть это я своим мутным сознанием надумываю лишнее?

— Кэп, — посмотрел я на него. — Что делать? Где их основная атака?

— У меня у самого мозги плавятся, — ответил Прайм. — Предлагаю оставить Смита здесь, а нам двоим пойти на запад.

Подкрепление из двух человек? Впрочем, если это Прайм и псионик…

— Окей, бежим к Мюллеру, — произнёс я, стартуя.

На западе творился какой-то ад. Чёрт его знает, что там на втором этаже, но в главном зале посольства страшно было голову из-за укрытия поднять. Плазменные лучи, словно горизонтальный дождь, заполнили всё пространство. Так ещё и техника кентавров осмелела настолько, что тупо выехала на площадь перед посольством. Последние гранатомёты были уже использованы, причём безрезультатно, а лазерная пушка греев… Для того, чтобы из неё стрелять, необходимо было высунуться, что в нынешней ситуации означало смерть. Трое парней из третьего отделения, включая Мюллера, застряли на втором этаже, ещё пятеро не могли высунуться из-за пирийских укрытий в главном зале, так что в наступающего противника стреляли только мы с кэпом, стоящие у входа в зал. Да и то, только потому, что из-за расстояния в нас сложно было попасть. Но что могут сделать два ствола с двумя БТРами, танком и несколькими десятками пехотинцев?

В какой-то момент, когда дарахийская пехота уже забежала в зал, занимая первую линию пирийских укреплений, я услышал на улице характерный звук работы орудия танка СНП. Честно говоря, поначалу подумал, что мне кажется. Откуда здесь взяться человеческому танку? Но тот факт, что дарахийская техника на площади перед посольством начала разворачиваться, говорил о том, что появился более важный противник, чем засевшая в здании человеческая пехота.