Книга Утверждение власти, страница 251 – Николай Метельский

Да, я мелочный, злопамятный тип.

— Ну здравствуй… Аматэру-кун, – произнёс Кента. – Давненько мы с тобой не виделись.

— Довольно мелочно портить мне настроение своим присутствием, – повернулся я к нему, облокотившись на перила.

— Тебе так легко испортить настроение? – усмехнулся Кента.

— Любому его легко испортить, – произнёс я иронично. – Но кто-то мелочен и глуп, а кто-то красавчик и молодец.

— Не стоит льстить, я и в молодости не был красавчиком, – отмахнулся он. – Слышал, ты приобрёл эсминец? Даже странно, что сам, а не попросил Акено.

— Кстати, хорошая идея, – покивал я. – И почему я сразу до этого не додумался? Надо бы в следующий раз так и поступить. Незачем рисковать своими людьми.

Немного помолчав, Кента выдал:

— Если тебе нужна военная помощь – всегда пожалуйста.

Что? Не понял… Пришлось тоже взять паузу в пару секунд, чтобы уловить ход его мыслей. И ведь всё просто. Если смотреть со стороны политики и репутации, то просить, постоянно просить помощи у Кояма – да и у кого угодно – не лучший ход с моей стороны.

— Рискуете. Мне хватит одной просьбы, чтобы сильно ослабить ваш клан.

— Переживём, – усмехнулся он. – Зато поможем древнему и уважаемому роду.

В угол загоняет. Мне и ответить на это нечего.

— Приятно знать, что клан Кояма такой добрый и бескорыстный, – произнёс я. – Тогда мне, наверное, и просить ничего не надо. Сами поможете.

— Уж я постараюсь, чтобы этого не случилось, – улыбнулся Кента.

Зло улыбнулся.

— Не сомневаюсь, – улыбнулся в ответ.

— И знаешь, что самое интересное? В качестве старейшины мне это будет проще делать. Акено мальчик ответственный, да вот беда – всего лишь наследник. Сначала спихивает на меня всю ответственность, а потом ещё и смеет взбрыкивать! Так у старейшины власти достаточно, чтобы влиять на главу клана, а у меня, ко всему прочему, остаётся влияние на глав родов. Идеальный расклад. Больше Акено не сможет шантажировать меня выходом из клана ради какого-то мелкого сопляка! – почти сплюнул он под конец. – Единственный сын, моя надежда и опора, всё моё будущее, чуть ли не объявил войну своему отцу. И всё это из-за тебя! Если бы не он, у альянса Кояма было бы гораздо больше земель, а ты… Ты бы оказался там, где тебе и место. Посмотрим теперь, как ты сможешь им манипулировать.

Высказался и свалил. А мне даже нечего было ему ответить. Акено грозился выйти из клана? Ради меня? Почти объявил войну Кенте? Вот дерьмище. Получается, именно Акено не допустил бессмысленного побоища. Чёртов старик! Ну как так-то? Довёл собственного сына до такого, а мне теперь… Да я в жизни за это не расплачусь. Чёрт, сам смысл слова «оплата» тут неуместен. Акено пошёл ради меня на такое, на что не пошёл бы никто другой. Лишь Атарашики, но я для неё…

— Дерьмище, – выругался я вполголоса.

Да уж, тут не о долгах нужно думать, а о том, насколько близко к краю прошёлся Акено. Кента знал о его намерениях и сам говорил почти о войне. Не знаю, что бы он сделал свободному аристократу Акено, но Кагами с дочерьми точно до нищеты довёл бы. На что угодно пошёл, лишь бы вернуть будущего Виртуоза и камонтоку Докья. Вряд ли получилось бы – эти дамочки до крайности гордые, но лиха им хлебнуть пришлось бы. И ведь они бы не оставили Акено, с ним бы из клана ушли. Аматэру им тоже помочь не смогли бы – после захвата земель Шмиттов у нас и так отношения были бы накалены до предела, а тут ещё и фактически официальную войну им объявлять? Ладно я, ведьмак с повёрнутой психикой, мог и схлестнуться с Кентой, но сам Акено не пошёл бы на это. Свалил бы из страны куда подальше или ещё чего придумал. И ведь он знал, на что шёл. А всё, чем могу отплатить я, это отношением. Акено с его семьёй и раньше были близки мне, теперь же…