Книга Унесенный ветром, страница 454 – Николай Метельский

— О-о-о… И что, так сложно?

— Ну как тебе сказать, тут от многих факторов зависит. Например, от возраста человека, ситуации, силы воли, жизненного опыта, все-таки и у детей он бывает немалый. Отношения к человеку… И, конечно, мастерства пользователя.

— А меня сможете загипнотизировать?

Я глянул на заинтересованное лицо Святова и шумно выдохнул воздух.

— Это не гипноз.

— Ну и… сможете?

— Здесь и сейчас… а-а-а бес его знает. Я и сам в этом не силен.

— Так давайте попробуем.

Я еще раз глянул на него и произнес:

— Подними вон ту банку и поставь ее себе на голову.

Святов, пожав плечами, подошел к жестянке, поднял ее и водрузил себе на макушку. После чего резко дернулся, скидывая ее рукой и ошалело глядя на меня.

— Че за… Это че было?!

— Пф. Даже не сопротивлялся, – высокомерно произнес Казуки.

— Эй, народ, это что сейчас было? – смотрел он уже не ошалело, как-то неуверенно улыбаясь. – Это я ее реально на голову поставил!

— Уймись, Сергеич. В боевой обстановке… да что уж там, просто человек, который мне не доверяет, максимум дернулся бы в сторону этой жестянки. Все-таки я не мастер «голоса», – покачал я с сожалением головой.

— Да плевать! – воскликнул Святов. – Все равно круто. А в бою это точно не получится?

— Точно, точно. Да этому даже ты, доверяющий мне человек, сможешь сопротивляться. Быстро, без проблем и в мирной обстановке. Вот прям как сейчас.

— Слушай, шеф, – задумался он. – А этот твой навык развивать можно?

— Конечно, – пожал я плечами.

— А как? – задал он еще один вопрос.

— Я думаю, ты уже догадываешься как. И хочешь предложить свою кандидатуру.

— А что, нельзя? – спросил он осторожно.

— Ну почему же? Очень даже можно, – улыбнулся я в предвкушении.

— Э-э-э-м-м-м… так, может, с завтра…

— Сегодня, Сергеич, сейчас…

* * *

Я сидел на коленях с подложенной под ноги подушкой, прямой спиной и бесстрастным лицом. Комната, в которой я сейчас находился, была традиционного японского стиля, с выходом в сад поместья. Одет я был в строгое черное кимоно.

— Что ж, – произнес сидевший напротив меня старик. – В принципе мне будет достаточно его извинений. Само собой, обычным «прошу прощения» он не отделается. Мне нужны извинения по всем правилам. Я хочу видеть его раскаяние. Учитывая его поведение, когда он был полицейским, я хочу видеть с его стороны понимание всей той разницы в нашем с ним положении. – И задумчиво взмахнув пару раз веером, дополнил: – Мне не нужно унижение, ибо оно несет… несколько не то понимание.

— Уверен, Хэгури-сан, – поклонился я из положения сидя, – он уже давно понял это. И я передам ему, чтобы он уверил в этом и вас.

— Уж пусть постарается, Сакурай-кун, – кивнул старик.

— В таком случае, Хэгури-сан, не смею далее обременять вас своим присутствием. – Еще один поклон.

— Рад, что среди современной молодежи еще остались вежливые люди, – покивал старик.

Попробуй тут не быть вежливым. Имперский род Хэгури далеко не те, с кем можно фамильярничать.

Выезжая с территории поместья на своем «майбахе», я делал пометки в еженедельнике. Этот род был вторым в списке из тех, кого умудрился обидеть Накамура Гай. Первым я успел посетить род Суги, и там все сложилось чуть ли не проще, чем здесь. Даже с кое-какой прибылью. Глава рода Суги, когда я пришел к нему, даже не сразу вспомнил, о ком я веду речь, ему на это потребовалось секунд пять. А когда вспомнил, признался, что ему в принципе плевать на Накамуру. Он якобы уже наказан, поэтому я отделался чисто символическим откупом – пообещал заключить пару контрактов с Шидотэмору по вдвое сниженным расценкам. А учитывая рекламу самой Шидотэмору, я как бы даже в плюсе остался. Все-таки фирма простолюдина, работающая с аристократами, многого стоит.