Книга Унесенный ветром, страница 109 – Николай Метельский

— Как и везде, Фантик, как и всегда. Сколько денег надо, ты не в курсе?

— Да кто ж скажет, сколько у его рода денег? Одному поколению явно не накопить.

— Это ты зря, порой за одно поколение можно умудриться миллиардером стать.

— Не в этом мире, и не таким, как я.

— На этот счет еще будем думать. Но знаешь, мне казалось, что получить герб несколько проще.

— Вообще-то герб получить просто. Но вот в составе клана… Герб тебе, может, и дадут, а вот дальше… Попасть в клан человеку или семье – не то что войти целым родом.

Собственно, мне и не надо в клан входить, главное – род основать.

Так что все путем.

— Ладно, Фантище, буду держать руку на пульсе. Ты меня знаешь, чем смогу – помогу. А пока пойдем, поможешь собраться. Ночка мне предстоит не из простых.

* * *

— Мы-ы-ыш-ш-шь…

— Я ж не знал, босс, я ж не специально.

— Иди сюда, грызун чертов.

— Босс, босс, успокойся. Это же всего лишь бутылка. Грязная и неказистая. Ну выбросил и выбросил.

— Это антиквариат, урод! Триста тонн рублей весом!

— Э-э-э, так я ж не знал, босс…

— Это я уже слышала. Теперь подойди ко мне и выслушай ответ.

— Не-не, босс, мне и отсюда все слышно.

— Иди сюда!

— О, у меня же машина не мыта! Я пойду, пожалуй. Если что…

— Стоять, вредитель! Не заставляй меня бегать за тобой.

— Так вы тут посидите, успокойтесь. А я пока машину помою.

— Ты куда пятишься, засранец? Лучше сам подойди. Обещаю: умрешь быстро и без мучений. Не доводи до пыток.

— Ну, босс, ну что вы, в самом деле. Я вам другую достану, лучше прежней. Даже вымою ее. Э, не надо так трястись, вы пугаете меня, босс. Босс? – Разъяренная до крайности женщина наступала на крупного мужчину, сжимая и разжимая кулаки тянущихся к нему рук. – Я, пожалуй, побегу, босс, а то машина и все такое…

— Убью! Убью вредителя, – шептала женщина.

— Все, я побежал.

— Стой, стой, гаденыш, хуже будет!

Двое присутствовавших при этой сцене в комнате отеля мужчин переглянулись.

— Злобный же ты мужик, Ли.

— Это будет ему уроком. Нечего изображать из себя уборщика в гостиной А-тян.

— Да ну-у-у. Так это уро-о-ок. А я-то думал, что ты просто веселишься.

— Не без того, конечно, – усмехнулся чересчур крупный китаец. В этот момент раскрылась дверь в номер, и в комнату заглянул еще один мужчина. Не менее крупный, чем первые двое.

— Что у вас тут происходит? Что Мышь опять сотворил?

— Выбросил антикварную бутылку, – ответил японец.

— Это ту, что Ли из мусорки достал?

— Ага.

— Ну и злобный же ты мужик, Ли.

— Нормально все, пусть развеются.

— Вот и иди развейся вместе с ними. А то наша малышка там по всему отелю бегает всего лишь с одним телохранителем.

— И-э-эх, – произнес Ли, поднимаясь с кресла. – Вот этого я не учел. А может…

— Иди, иди. Веселун. У меня сегодня тут дежурство.

— А…

— Да ты офигел, Ли, – сказал на это сидящий в кресле мужчина. – Сам довел до такого, сам теперь и бегай за ними.

— Эх…

Проводив взглядом китайца, мужчины переглянулись.

— Доведет он когда-нибудь А-тян, будут уже за ним бегать, – сказал вошедший. И присаживаясь на освободившееся место, продолжил:

— Разговор есть, Дзуно.

— Дай догадаюсь. По поводу убийства Учителя?

— Скорей по поводу последствий.

— Думаешь, все-таки начнется буза?

— Глава гильдии не позволит малышке усилиться. И причина для остальных у него есть.