Книга Новая жизнь Вечного стража. Том 2, страница 29 – Сергей Баранников

Домик оказался довольно уютным – два этажа, удобное расположение комнат. На первом этаже ютились кухня, столовая, гостиная, длинный узкий коридор, два кабинета с окнами на солнечную сторону и уборная. Второй этаж – четыре спальни, как раз для всех членов семьи по комнате и отдельная комнатка, которую мы отвели под детскую. Да! Еще лоджия, где можно собраться вечером и попить чая. Чувствую, нечасто это будет, потому как свободного времени очень мало.

— Стены толщиной в полметра, почитай как у настоящей крепости! – радовался Алексей Никанорович. – Зимой тепло, а летом прохладно. И это еще не все! Идемте в подвал.

Стоило нам спуститься по винтовой лестнице вниз, я понял, что мы берем этот дом, сколько бы хозяин за него не запросил. Просторный подвал в несколько комнат, а над головой три метра земной толщи. Далеко не каждый снаряд пробьет такое укрытие.

— Здесь был сырный погреб! – рассказывал Бекетов тоном, словно представлял нашему вниманию величайшее достижение в своей жизни. – А дальше мы хранили продукты. В общем, дальше коридор и еще шесть комнат. Правда, одна занята под котельную и баки с водой на случай, если будут перебои. Заметьте, здесь сухо и никакой сырости.

— Такое впечатление, что вы строили не дом, а настоящий бункер! – отозвался Глеб, который тоже проникся увиденным.

— Так оно и есть, молодой человек! Этот дом принадлежал моей семье и строился еще отцом. Я всего лишь перестроил под свои предпочтения. Здесь ваша семья будет в полной безопасности, а взять дом штурмом будет очень тяжело. Думаю, вы видели, что окна оснащены специальными стальными щитами, в которых есть бойницы? При необходимости опускаете их и ведете огонь по неприятелю. Крыша здесь тоже укреплена. В общем, полно возможностей для выживания.

— Почему же вы продаете дом? – я понимал, что сам ни за что не расстался бы с таким зданием.

— А для кого мне его хранить? – Бекетов посмотрел мне в глаза, и я увидел в них грусть. – Дети давно уехали. Старший сын в Австрии, дочь в Екатеринбурге. У них свои семьи, и возвращаться в Подмосковье они не планируют. А больше у нас в роду никого не осталось.

— Повторю свой вопрос. Сколько вы хотите за этот дом?

— Семь миллионов, – спокойно отозвался старик.

— Сколько? – у Глеба глаза полезли на лоб. – Мы ведь говорим о семи миллионах современных рублей, не тех, что было раньше?

— Да, семь миллионов рублей, – твердо отозвался Бекетов. – Я не намерен уступать этот дом ни копейкой дешевле. Труд моего отца бесценен, но эта сумма вполне достаточна для такого здания.

— Кирюх, ты слышал? – брат повернулся ко мне. – Нет, лет десять назад я бы отдал за такой дом двадцать миллионов и даже не стал бы торговаться, то тогда цены какие были! А теперь? Семь миллионов – это грабеж. Да, наше поместье стоило вдвое дороже, так это спальный район Москвы, а не Видное!

— Глеб, поместья нет, а нам нужно безопасное место. Поверь, оно стоит этих денег. Сколько у тебя осталось?

— Ну, три миллиона я выплатил в счет зарплат, четырнадцать ушло на выплаты семьям погибших бойцов рода и еще почти два на лечение. Итого, у меня на руках одиннадцать миллионов. Не та сумма, чтобы ей разбрасываться.

— А бизнес, который ты продал при содействии Меньшикова?

— Там всего семь миллионов вышло. Но нам ведь нужно за что-то жить дальше?