Книга Повелитель жизни. Наследие Норнов, страница 40 – Сергей Баранников

Видение исчезло, вернув меня в комнату с растерянными гномами и смущённой фей. Я искал ответы, но получил лишь ещё больше вопросов. Мы переглянулись со Шпорой, и та едва заметно кивнула мне, дав понять, что видела то же, что и я.

— Занятное видение, но бесполезное, – с огорчением прокомментировал увиденное Дорин. Старейшина уже склонился над журналом и записывал увиденное туда.

— Честно говоря, я и сам не ожидал, что сфера покажет именно это, но не скажу, что видение не имело смысла. Теперь я уверен, что мне как можно скорее нужно подняться на поверхность.

Пока мы шли обратно к зданию Совета, я прокручивал увиденное в голове. Есть ли шанс, что Лёха ещё жив? Если Редж планирует использовать его в качестве приманки – определённо! Но если Фарс даже не подозревает, что я могу примчаться на помощь другу? Предположим, его интересовал лишь амулет Повелителя. Тогда Лёха уже мёртв, и всё, что я могу сделать для него – лишь отомстить.

Вообще странное видение. Лёха, Редж, дивны, Потерянные земли… Как это может быть взаимосвязано? Сфера не ошибается, когда показывает то, что нужно. Она ведь показала мне гномов и Сердце Дерандина. Увы, я всё равно опоздал и позволил глотам похитить камень. Выходит, и эти видения были нужны, а Проксимо утаил бы их от меня.

— Погоди! – я остановился посреди коридора, потому как в памяти всплыла ещё одна немаловажная деталь. – Дивны! Вы говорили, что некоторых удалось взять в плен.

— Да, но все они утонули во время затопления Нижнего города. Мы не успели спасти десятки гномов, куда уж там до великанов… – произнёс Дорин. – Но если тебе очень нужно встретиться с дивнами, в Ядре есть парочка великанов, взятых в плен в прежних стычках. Мы заковали их в цепи и используем для простого труда, но иногда выпускаем наших стражей на арену, чтобы они попрактиковались в бою против великанов. Так сказать, в реальных условиях.

— А зачем они тебе понадобились? – поинтересовался Орди.

— Понимаете, когда я применил Частицу у Стены, мне показалось, что на дивна нашло озарение, словно на какой-то короткий момент он перестал быть тупым и всё осознал.

— А что случилось потом? – оживился Беррин.

— А потом его проткнул с десяток пик, и он испустил дух.

Атли фыркнул и покачал головой, а затем выдал очевидную для него фразу:

— Дивны на то и дивны. Тупицами родились, такими же дремучими и непрошибаемыми идиотами уйдут в мир иной.

— Не скажи, я думаю, что здесь замешаны глоты или норны. Что, если мерзкие слизни одурманили великанов и натравили сначала на нас, а потом и на город? Мы должны разобраться в случившемся, иначе будем наступать на одни и те же грабли, пока не выучим урок.

— На что наступать? – удивился Атли.

— Не бери в голову, это образно. Если проще – нам придётся снова и снова ломать топорища, пока не научимся рубить.

— Дэн, мне кажется, ты их переоцениваешь, – вмешался Беррин. – Что можно взять с тупоголовых великанов? Сколько себя помню, никогда среди них не было хоть сколько-нибудь толкового лидера. Нет, дивны – это слепая и глупая сила, не более того.

— Думаешь, так было всегда?

— Так было с тех пор, сколько я себя помню, – вмешался Дорин. – Но деды говорили, что раньше великаны были совсем другими. Может, приукрашивали свои подвиги, а может говорили как есть.