Книга Адмирал Империи – 62, страница 6 – Дмитрий Коровников

Двое вице-адмиралов стояли друг напротив друга — формально равные по званию, но разделённые пропастью взаимной неприязни и старых обид. Воздух между ними словно загустел от напряжения. Операторы за терминалами старательно делали вид, что поглощены работой, но ни один не удержался от того, чтобы украдкой не бросить взгляд на двух флагманов, сцепившихся посреди командного центра.

Наконец Пегов отступил. Не физически — скорее эмоционально. Раздражение в его лице сменилось чем-то вроде усталого прагматизма. Он провёл ладонью по безупречно уложенным волосам — нервный жест, выдающий внутреннее напряжение, и чуть сбавил тон.

— Ладно, — буркнул он. — В итоге мы всё равно победили. Действительно с минимальными потерями. По итогу, потеряв всего четыре вымпела, мы уничтожили более пятидесяти кораблей противника на орбите, полтора десятка взяли в качестве трофеев… ну и небольшая часть ушла. А главное — под нашим контролем столичная планета — сердце нашей Империи.

Он обвёл рукой голографическую карту, где мерцали значки захваченных орбитальных объектов:

— Это величайшая победа, Агриппина Ивановна. Когда такое было в последний раз? Помнится, наш прославленный бывший командующий Северного флота — адмирал Дессе не смог взять Новую Москву-3, имея под рукой несколько сотен вымпелов. Так и не пробился через орбитальные кольца обороны.

Он кивнул на боковой экран, где виднелись разбитые артиллерийские платформы, бессильно дрейфующие по своим орбитам — изломанные силуэты на фоне звёзд, похожие на скелеты давно вымерших чудовищ:

— А сейчас это просто бесполезные конструкции. Груды металлолома.

— Столица ещё не наша, — Агриппина Ивановна мрачно покачала головой и указала на другой экран, где транслировалось изображение здания Адмиралтейства. Побитого, закопчённого, с выбитыми окнами и следами попаданий на фасаде, но всё ещё стоящего. — Пока там держит оборону Граус.

— Птолемей точно там?

— Да. Я видела его лично.

Пегов нахмурился, разглядывая изображение. Утренний свет окрашивал белые стены в розоватые тона, и если бы не рваные раны от попаданий, Адмиралтейство выглядело бы почти мирно. Величественное, с золотым шпилем, оно напоминало дворец, а не осаждённую крепость.

— Почему вы не сотрёте в порошок это здание вместе со всеми, кто внутри? — он пожал плечами с показным равнодушием. — Достаточно одного общего залпа вашей «Паллады», чтобы от Адмиралтейства остался лишь оплавленный щебень.

Хромцова молчала несколько секунд, глядя на экран. На здание, которое она сама штурмовала вчера. На окна, за которыми прятались сотни молодых жизней.

— Вы видели, кто его защищает?

— Докладывали о каких-то курсантах…

— Не «каких-то». Курсанты Нахимовского училища ВКС. Мальчишки и девчонки, которым в лучшем случае по восемнадцать, а некоторым — едва четырнадцать. Они там, внутри, с винтовками в руках, готовые умереть за человека, который использует их как живой щит.

Пегов выслушал это без тени сочувствия — так слушают сводку о погоде или биржевые котировки.

— И что с того? Война есть война. Они взяли в руки оружие — значит, они враги. Возраст не имеет значения, когда тебе в голову целится ствол.

Агриппина Ивановна посмотрела на него долгим, тяжёлым взглядом. На безупречный мундир, на награды, на холёное лицо.