Онлайн книга «Тень и Коготь»
|
С виду при первой встрече, возле Стены, он казался годами десятью меня старше. Судя же по тому, что говорил Иона сейчас (и в несколько меньшей мере при прочих оказиях), я подумал, что он, должно быть, еще старше: похоже, ему довелось прочесть немало летописей прошлых времен, а я все еще, несмотря на внимание, уделенное моему развитию мастером Палемоном и Теклой, был слишком наивен и чужд книжной мудрости, чтоб полагать, будто некто изрядно моложе среднего возраста способен на этакий подвиг. Вдобавок его слегка циничная отстраненность от всего человечества намекала, что он успел повидать мир. За разговорами я заметил в некотором отдалении шатлену Тею, грациозно прохаживающуюся среди деревьев, и толкнул Иону в бок. Умолкнув, мы принялись наблюдать за ней. Направлялась она к нам, но нас еще не видела – двигалась слепо, как человек, попросту следующий полученным указаниям. Время от времени на лицо ее падал луч солнца, и в эти минуты (особенно повернувшись к нам профилем) она так разительно напоминала Теклу, что мое сердце готово было разорваться в груди. К тому же Тея обладала в точности той же походкой – гордой поступью форораксоса, никогда в жизни не знавшего клетки. — Должно быть, их род вправду древен, – шепнул я Ионе. – Взгляни на нее! Будто дриада. Будто ива, сошедшая с места… — Эти «древние фамилии» – новейшие из благородных родов, – откликнулся он. – В древние времена подобных им не существовало. Полагаю, слов наших она издали не расслышала, но, очевидно, услышала голос и бросила взгляд в нашу сторону. Мы помахали ей, и Тея ускорила шаг – нет, не до бега, однако благодаря длине ног приблизилась к нам весьма быстро. Мы поднялись, а когда Тея, подойдя ближе, уселась лицом к ручью на разостланную шаль, тоже сели в траву. — Ты говорил, будто можешь рассказать что-то о сестре? Заговорив, она утратила большую часть внушительности, а сидя казалась ненамного выше нас с Ионой. — Я был ее последним другом, – ответил я. – Она говорила, что власти пытаются через тебя склонить Водала к капитуляции ради ее спасения. Ты знала, что ее взяли под стражу? — А ты был ее слугой? – Казалось, Тея взвешивает меня взглядом. – Да, я слышала, что ее заточили в этом ужасном месте, в трущобах Несса, где она, следует полагать, обрела весьма быструю смерть. Я вспомнил, сколько времени ждал у дверей в камеру, прежде чем из-под нее в коридор вытекла багряная струйка крови, однако кивнул. — А как ее арестовали, ты знаешь? Да, арест Текла описала мне во всех подробностях, и я изложил ее рассказ слово в слово, не умолчав ни о чем. — Понимаю, – проговорила Тея и ненадолго умолкла, не сводя глаз со струящегося мимо ручья. – Конечно, я очень скучаю о придворной жизни. Однако, услышав об этих людях, о том, как ее завернули в гобелен со стены – деталь весьма, весьма характерная, – поневоле вспоминаю, в силу каких причин оставила двор. — Думаю, по придворной жизни она порой тоже скучала, – сказал я. – По крайней мере, рассказывала о ней много. Но еще говорила: если-де выйдет когда-нибудь на свободу, назад ко двору не вернется. И часто поминала загородное имение, обеспечившее ей право на титул, мечтала, как обновит, перестроит его и будет задавать званые ужины для виднейших персон в тех краях, устраивать охоты… |