Книга Когда загорится Луна, страница 41 – Ольга Валентеева

— Моя сестра, – отмер Леший, поспешно забирая фотографию. – Я пойду, Демьян. Увидимся дома. До свидания.

И, обогнув преподавателя, торопливо вышел из мастерской.

— Странный молодой человек, – пробормотал Павел.

— Я снимаю у него комнату, – сказал Демьян. – Его сестра умерла полгода назад, и Лёша попросил нарисовать ее портрет.

— О, понимаю… – Павел Владимирович подошел ближе к холсту. – Какая несвойственная тебе манера! Растешь над собой. Кстати, мне звонил Вихрев, он в полном восторге от твоих картин. На следующей неделе перешлет список документов для участия в конкурсе грантов, будем надеяться, тебе повезет.

Конкурс? Грант? Учитывая все происходящее, Демьян и думать об этом забыл, а теперь вот вспомнил, встрепенулся.

— Да, обязательно нужно принять участие, – торопливо ответил он. – И еще мне предлагали выставить картины на аукцион.

— Одну-две можно, – кивнул преподаватель. – Больше не стоит. Кто предлагал хоть?

— Дома визитка лежит. Я о ней, если честно, забыл, – сокрушенно произнес Демьян. – Конечно, я ей позвоню. Наверное, выставлю «Весну», она самая запоминающаяся.

Но, если честно, он никогда не сможет смотреть спокойно на это полотно, так и будет вспоминать, как картина стала живой. Поэтому Демьян был не против избавиться от нее, пусть и за небольшие деньги. Хотя разве для студентов заработок бывает небольшим?

— Думаю, ты прав. «Весну» купят, – согласился Павел Владимирович. – Может, сделать цикл? Нарисовать «Лето», «Осень»…

— Не хочу, – перебил Дёма. – Простите… Мне интереснее будет поработать над чем-то новым. Пожалуй, на сегодня хватит. Я пойду.

И сбежал! Вылетел из студии, будто за ним гнались. А Леший, вопреки словам, ждал его на улице. Он все еще выглядел бледным, до конца не пришел в себя.

— Ты же сказал, пойдешь домой, – напомнил Дёма, останавливаясь рядом с другом.

— Допустим, – откликнулся тот. – Я и иду. Не видно?

— Как-то не очень.

И они пошли рядом, думая каждый о своем. Ни о чем не разговаривали, ничего не обсуждали. Хотелось поделиться своими мыслями, но вокруг шли люди, и они не должны были слышать лишнего.

Наконец впереди показалась знакомая зеленая калитка. Леший толкнул ее первым, увернулся от радостного пса и скрылся в доме, а Демьян задержался. Он присел на корточки, погладил Бетховена и позволил лизнуть себя в нос.

— Лёшка не в духе, – сообщил псу по секрету. – Из-за Симоны. А мне, если честно, страшновато.

Бетховен, конечно, ничего не понял. Он продолжал прыгать, как довольный теленок, а Дёма вошел в дом.

Внутри было тепло и уютно. Все еще пахло Тасиными духами, на тумбочке лежал ее забытый шарф. Никакого намека на потустороннее присутствие. Обычный дом, в котором просто хорошо.

Леший звенел чашками на кухне. Когда Демьян прошел туда, хозяин дома уже заваривал кофе, и его аромат защекотал нос.

— Все в порядке? – спросил Дёма.

— А похоже, что это так? – обернулся Леший.

Только сейчас стало заметно, как он устал. Видимо, эта история с Си и Знаком Пепла выматывала его день за днем.

— Нет, не похоже, – признал художник. – Послушай…

— Дём, давай без обсуждений, хорошо? – буркнул Лёша и сел на любимый высокий стул справа от стола. Но, вопреки своим словам, продолжил: – Ты слышал? Это была целая группа. Секта? Хотя Си не была похожа на ее участницу. Обычная девушка, ни на какие тайные встречи не убегала, странно себя не вела.