Книга Ромашка для ведьмы, страница 96 – Ольга Валентеева

— Пусти малыша! — закричала я, вцепившись в его руку. — Ты, чурбан неотесанный! Выпусти Бона немедленно!

— Эта дрянь… — Альберт только сильнее сжал пальцы, но вдруг вскрикнул и выпустил пикси, будто увидел что-то, чего тут уж точно не должно быть.

Я благодарно кивнула Ромашке, и он убрал свою жуткую силу.

— Это не дрянь, а маленькое существо, которому ты сделал больно! — Ткнула пальцем в грудь Альберта.

— Он вылил на меня зелье, — пытался оправдаться тот.

— Ты обижал Марьяну, — слабо пропищал пикси, а Тишка уже подхватила Бона на руки.

— А вы-то что стояли? — Я развернулась к Славу и Итену. — Любовались, как малыша убивают?

— Мы ничего не успели сделать, Марьяна. Альберт — маг, — тихо, виновато ответил Слав.

— А то я не знаю!

— Пока мы справились с его силой, прибежала ты.

— Марьяна, ты не одета, — напомнил Ромашка, я взвизгнула и бросилась прочь, обратно на берег, где оставались мои вещи.

Вернулась одетая и злая, с друзьями демонстративно разговаривать не стала. Оставила на пару минут, а они чуть пикси не погубили. Самое забавное, что Альберту никто не сказал о его бирюзовом лице. Он так и сидел, уплетая бутерброды с ветчиной, а я тоже не горела желанием выслушивать его мнение о моем замечательном зелье. Кстати, самом обычном, для подкраски волос. Оно меняло цвет и при этом не вредило самим волосам, и так же легко смывалось другим зельем, которого у меня с собой не было. Либо же эффект исчезал ровно через сутки. У зелья было только одно противопоказание: нежелательно, чтобы оно попадало на кожу. Что, собственно, и произошло с Альбертом.

Бон уже пришел в себя и летал рядом со мной, бросая на Альберта обиженные взгляды.

— Бон, ты зачем облил княжича? — шепотом спросила я.

— Так он же тебя обидел, — заявил малыш. — Поделом!

Мой защитник. Даже глаза защипало от нахлынувших эмоций, а княжич зло покосился в нашу сторону.

— Давайте продолжим наш путь, времени все меньше, — вмешался в нашу идиллию Итен.

— И то верно, — откликнулась я. — Некогда отдыхать.

— Марьяна, а Альберт теперь так и останется синим? — поинтересовалась мстительно Любима.

— А по-моему, приятный бирюзовый цвет, — захихикала Тишка.

— О чем это они? — прищурился княжич.

— О цвете твоего лица. — Ромашка похлопал его по плечу.

— Что-о-о?

Я пожала плечами и пошла к лошадям. Надо собираться, пока в Альбертине не начались волнения. Увы, времени становилось все меньше.

— Эй, ведьма, — перехватил меня Альберт, — что мне теперь делать?

— Не жаловаться, — фыркнула я. — И извиниться перед Боном, иначе так и останешься бирюзовым. То-то в столице порадуются.

— Извиняться не стану, — прошипел Альберт, расправляя плечи.

— Дело твое.

Как раз подоспели друзья, мы забрались на лошадей, и наш путь продолжился. Дорога вела вдоль густого леса. Деревья тянули к небу массивные вековые стволы, и казалось, что с кривых ветвей за нами кто-то наблюдает. Страшно…

— Все хорошо? — тихо спросил Ромашка.

Я кивнула. Да, хорошо. Было. Ровно до той минуты, пока впереди не появилось что-то темное. Сгустки мрака, преграждавшие нам путь.

— Не приближаться! — гаркнул Ромашка и поехал вперед. — Кто ты? Покажись!

— Что он делает? — поинтересовалась Любима.

— Думаю, общается с коллегой по ремеслу, — сурово ответил Итен, обнажая меч.