Книга Ромашка для ведьмы, страница 120 – Ольга Валентеева

— Марьяна, ты такая красивая! — говорили девчонки.

Да, красивая и счастливая. И перепуганная до ужаса. И вообще, я еще слишком молода для замужества. Даже покосилась на окно, обдумывая, не провернуть ли трюк с бегством, опыт уже есть, но представила, что на это скажет Ромашка, и бежать расхотелось. Он не заслужил, чтобы с ним так поступили. А еще я очень его любила и хотела, чтобы он был счастлив. Придется говорить «да». Пора.

В дверях появился отец. Он взглянул на меня завороженно, подошел и поцеловал в щеку.

— Ты прекрасна, девочка моя, — сказал папа тихо и отвернулся, но я все равно увидела слезинку, мелькнувшую в уголке глаза. По традиции именно отец ехал с невестой в карете к месту свадьбы, поэтому он подал мне руку и повел вниз, туда, где уже ждал наш транспорт, запряженный белыми лошадьми и украшенный цветами. Волшебство! Мы сели, и карета покатилась по улицам города. Сердце билось часто-часто, будто пыталось выпрыгнуть из груди. Я искусала губы, едва не обгрызла ногти, хоть и никогда не страдала подобным, а когда мы вышли у храма, и вовсе едва не потеряла сознание. Позор! Но папа был намерен довести меня до жреца и передать в руки жениха, поэтому мы шли и шли, миновали двери храма, тоже украшенные белыми цветами. На скамьях сидели многочисленные гости. Я только надеялась, что моя свадьба не закончится так, как церемония сестры Ромашки. И приехала я последней — Любима и Тихвина уже вошли в храм и сейчас стояли рука об руку с женихами. Они выглядели волшебно! Итен и Слав глаз не сводили со своих нареченных, и только Ромашка заметно нервничал, поглядывая на дверь. Увидел меня, и лицо его просияло. Видимо, не верил до конца, что приду. А еще я заметила на его жилете ту самую ромашку, которую ему подарила. Глаза защипало от слез.

— Береги ее, — шепнул папа жениху и отступил.

— Ты прекрасна, — улыбнулся Ромаш, а я сглотнула подступивший к горлу комок.

Церемонию проводили сразу трое: светлый жрец, князь Ветерей и… Альберт. Вот кого не ожидала увидеть! Но верховный князь улыбнулся мне и подмигнул. Вот еще заговорщик, у кого только научился? Ничего, будет жениться, я ему это припомню.

Потянулись слова заклинаний. Я сжимала Ромашкину руку и чувствовала, что то ли сойду с ума от счастья, то ли разревусь. Хорошо хоть женятся раз в жизни. Ладно, некоторые не один, но ко мне это не относится. Наконец Ромаш надел на меня браслет супруги, а я дрожащими руками надела на него браслет супруга. С моей головы сняли венок невесты, и на нас надели венки из живых цветов, а затем опоясали поясом — одним на двоих.

— Клянусь любить и беречь тебя, Марьяна, — торжественно произнес Ромаш, глядя в глаза. — Заботиться о тебе, защищать, всегда быть рядом до последнего вздоха. Моей жизни не было до тебя, ты и есть моя жизнь.

— Клянусь любить и беречь тебя, Ромаш, — ответила я. — Заботиться о тебе, быть верной супругой, разделить и счастье, и беду. И всегда быть рядом, что бы ни ждало нас впереди.

Грянула музыка, и к нам потянулись поздравляющие. Сестры Слава плакали, мои родители тоже вытирали глаза. Мама Ромашки и сестра держались, но было заметно, что с трудом. Я впервые увидела родителей Итена — они лучились гордостью за сына. Приехала мама Тишки. И посреди этого хаоса были непоколебимы два человека: Теодор Ветерей, придворный некромант Альбертины, и директор Расс. Какая же свадьба без него? Более того, директор выглядел откровенно счастливым. Видимо, думал, что избавился от меня навсегда. Я не стала ему говорить, что после практики планирую пойти по стопам Тихвины и преподавать в светлой школе. Зачем? Пусть хоть два года порадуется.