Книга Война среди осени. Расплата за весну, страница 338 – Дэниел Абрахам

— Ана-тя, – начал Ота и поморщился, услышав свой жалостливый голос. Не стоило так говорить. – Как ты?

— Все хорошо. Спасибо. Простите, что задержала вас сегодня. Такого не повторится.

— Это пустяки.

Ота был рад, что девушка повеселела. Наверняка утром она оплакивала свою горькую долю, судьбу родных и своего народа.

— Я о вас плохо думала, – сказала Ана. – Знаю, мы с вами только и делаем, что извиняемся, но все же простите меня.

— Может, уговоримся, что прощаем друг друга заранее? – предложил Ота.

Ана засмеялась с неожиданной теплотой. На душе стало легче. Ота улыбнулся, глядя на пылающие угли.

— А можно узнать, что именно ты обо мне думала?

— Что вы равнодушный. Жестокий. Меня с детства пугали Хайемом и андатами.

— Понимаю. – Ота вздохнул. – Сколько всего произошло между Хайемом и Гальтом. Когда я оглядываюсь назад, мне кажется, что в половине этих бед виновато неведение. Плохо, если оно идет рука об руку с властью.

— Расскажите…

Она умолкла, хмуря брови. В свете луны Оте показалось, что девушка покраснела. Император накрыл ее руку своей. Ана покачала головой и обратила к нему незрячие глаза.

— Если я слишком много прошу, помните, что простили меня заранее. Расскажите мне о матери Даната.

— О Киян? Хорошо. Что тебе рассказать?

— Что-нибудь.

Ота собрался с силами и начал вслух вспоминать разные истории. Ночь, когда они с Киян познакомились. Как она выгнала его, узнав, что он не простой посыльный. Как помогала ему, когда он учился быть хаем Мати, а потом императором. Он решил не говорить о плохом. О том, как едва не убил Синдзю, узнав, что тот влюблен в его жену. О том, как они с Киян страдали из-за постоянных болезней маленького Даната. О ее смерти. И все-таки скрыть печаль, кажется, не получилось.

Примерно на середине рассказа пришла Идаан, держа четыре пиалы, точно служанка в чайной, которая подает обед на целый стол. Император, не отвлекаясь, взял одну. Его сестра присела у ног Аны и вручила девушке вторую. Ота продолжал рассказывать. Как после войны Киян удалось разместить в подземельях всех жителей Мати и Сетани вместе с искалеченными воинами Баласара Джайса. Как она не разрешала слугам себя купать. Как посол Эдденси неправильно ее понял и подумал, что она приглашает его разделить с ней ложе.

Из темноты, привлеченный голосами, вышел Данат. Идаан отдала ему последнюю пиалу. Юноша сел рядом с отцом, потом подвинулся немного и еще немного, пока наконец не прислонился спиной к ноге Аны. Данат рассказал, что мать была остра на язык и могла при случае ввернуть крепкое словцо; рассказал, какие песни она пела. Сын сложил ее облик из всех тех черт и маленьких случаев, что запомнились ему в детстве. Как интересно было его слушать! Ота поймал себя на мысли, что у него таких воспоминаний нет.

Потом Данат пошел проводить Ану до шатра. Возле темной остывающей печи остались только император и его сестра. Воины уже поставили для них палатки, но Идаан хотела еще посидеть на свежем морозном воздухе, попивая разбавленное вино, и Ота решил к ней присоединиться.

— Может, объяснишь своему недогадливому брату, что сегодня произошло? – спросил он, помолчав.

— А ты так и не понял? Эта Вандзит уничтожила ее дом. Ане больше некуда возвращаться. У нее было время хорошо подумать, представить, что ждет ее, калеку, в чужом краю. И это ее ужаснуло.