Книга Его строптивый Огонек, страница 34 – Екатерина Васина

Да и Ева…огонек, блин, разноцветный, чтоб ее…я пока даже не определился, чего больше хочу: прибить или забрать и никому не отдавать. И бесит, и тянет.

Кажется, я понимаю, почему в Средние Века сжигали ведьм.

Что делать то?!

Что, мать вашу, делать?!

* * *

Я страдала. Нет, физически стало легче: мне какой-то укол сделали, еще одну капельницу и я теперь могла бы лежать и спать, как миленькая. Даже больничная одежда не дурацкий халат с завязками, а штаны и рубашка…правда, тоже с дурацкими завязками.

Вместо этого стискивала пальцами одеяло и переводила взгляд с Дарьи на дядю Илью. Сейчас именно на дядю, потому что взбесил. У меня внутри все кипит, я лопну сейчас, если немедленно не сделаю это.

— Ой, смотрите — попугай! — вдруг воскликнула крайне удивленным голосом.

Ладно, на секунду подействовало: головы собеседников дернулись в сторону окна. Но тут же они поняли, что к чему.

— Цыц! — Даша перехватила мою руку. — Посмотри на свой маникюр и скажи себе: не сметь его портить!

— Мелочь, да с детства ногти не грызла! — тут же присоединился дядя Илья. — Нет, нет, я помню! Мне было шестнадцать, когда тебе их намазали соком из алоэ и полыни.

— Вдруг они там морду друг другу бьют! — проговорила нервно, пряча руки под одеяло. — Или…или позвали охрану, и та друг другу морды бьет! Или они там все…

— Другу другу морды бьют. — подхватил Илья. — Мелочь, ну ты чего, они же не бандиты какие, не гопники, не алкашня. Сидят там небось и вискарем беседы заливают. Может, уже решили общий бизнес замутить.

— Я улавливаю некий когнитивный диссонанс между словами “алкашня” и “заливают вискарь”. — задумчиво протянула Дарья, которая следила за моими руками.

— Что такое диссонанс? А когнитивный это болезнь? Она заразная?

Мы все дружно посмотрели на Милану, которая уже где-то оставила куртку и щеголяла в джинсах и милейшем белоснежном свитере.

— Очень заразная. — тут же отозвался Илья с широкой улыбкой. — Поражает сильно болтливых, так что мы тут так мало разговариваем.

— Кошмар! — Милана прижала руки к лицу каким-то театральным жестом. — Это ужасно!

— Думаешь? — покосился Илья.

— Конечно! Такой взрослый, а не знает значения этих слов! Кринж, сплошной кринж.

Мы с Дарьей переглянулись и дружно хрюкнули, стараясь не расхохотаться в полную силу. Илья и так стал напоминать филина, так вытаращил глаза.

— Слушай, ты, мел… — начал он угрожающе, но тут Дарья торопливо проговорила:

— Я видела такой свитер в Заре, только розового цвета.

— Пф-ф-ф! — мигом повелась Милана. — Этот мне купили в Бонпоинт, как раз зимняя коллекция.

Я быстро ткнула кулаком Илье в плечо, а то он уже хотел продолжить свою грозную речь. И прошептала совсем тихо:

— Заткнись. Ты еще поругайся с ребенком!

Голова опять заболела. Такой тупой противной болью где-то в районе затылка. Мне только дядю, который спорит с ребенком не хватало! Итак уже внутри все трясется как перепуганный заяц перед волком. Почему они там так долго? Зачем им вообще разговаривать?

Как я вообще ухитрилась выйти замуж за человека из своего города, пребывая при этом в Вегасе? Из миллионов людей вокруг я наткнулась на него!

Я покосилась в сторону Миланы и Дарьи. Офигеть, но она как-то нашла общий язык с мелкой хулиганкой. И теперь та, высунув язык от усердия, разрисовывала ее гипс разными маркерами. При этом обе параллельно болтали, правда, негромко. Я даже залюбовалась лицом знакомой. Она, похоже, любит детей.